Мальчик, который ел призраков стр. 251
вещах. Но я не вижу полную картину. Не знаю, что произошло с вашим отцом, но он бы не очнулся. Генри зря чувствовал себя виноватым.
Он помолчал и добавил:
– Хотя догадываюсь, что сделал Генри. Увы, обладание способностями, отличными от большинства, или даром, обычно несёт проблемы. Рано или поздно они превращаются в тайны или ржавчину, что разъедает изнутри.
Спрашивать, есть ли что-то такое у Айвори, не приходилось. Изабель видела это в его жестах, слышала в дыхании, ставшем хрипловатым, стоило ему подняться и спуститься на кухню. Поэтому она спросила другое:
– Даже у Эшей?
– А почему ты думаешь, у них нет? – удивился Айвори.
– Как же… богатая семья, потомственные колдуны.
– У каждого Эша свои тёмные тайны. Из-за таких вот вещей мы чуть не потеряли Даниэля навсегда.
Последнее слово вроде было ненужным, да и почему не сказать «умер», но Изабель слишком давно общалась с теми, кто видел призраков и совершал обряды при полной луне. Она знала, что уйти можно и не навсегда, а смерть отнюдь не самое страшное, что может произойти.
Айвори закашлялся, и они не заметили хлопнувшую входную дверь. Обратили внимание, только когда Мэри Эш уже оказалась на кухне. Она тепло приветствовала Айвори и заявила, что ему стоит поесть приготовленный ею суп.
Ничуть не смущаясь, Айвори представил Изабель как подругу свою, Даниэля и Мэтта и сказал, что она и её брат останутся на ночь. То ли сделал такой вывод, понимая, что если Мэтт позвал Даниэля, ничем хорошим это не закончится, то ли догадывался, что защита особняка понадобится ему и Генри этой ночью. То ли просто знал.
Мэри Эш не удивилась. Она оказалась милой женщиной, не отказавшейся от помощи с ужином. С ней Айвори не упоминал колдовство, зато завёл долгий разговор о церкви, в которую ходила Мэри.
Бо2льшую часть времени Изабель молчала, но не могла не признать, что чувствовала себя уютно. В Айвори ощущалось, что он учился в семинарии, и священник из него вышел бы отличный: он умел подхватывать тему разговора, отлично слушал и искренне сопереживал.
О брате Изабель не волновалась. С ним были Зак с Мэттом, да и раз Даниэль туда поехал, то всё будет в порядке. Если Айвори располагал к себе и разговорам, то Даниэль вселял уверенность, что он решит любую проблему.
С Мэри Эш у Изабель общих тем нашлось мало. Мэри не интересовалась ничем потусторонним, была набожной женщиной, но тем не менее невольно склеивала воедино многие части семьи Эшей. Айвори осведомился у неё о здоровье Бернарда, расспросил о каких-то дальних родственниках, а Мэри повздыхала, что у её мужа в последнее время много работы, Даниэль совсем не отдыхает, а Мэтт давно не заходил.
Что ж, вскоре он явился. Вместе со старшим братом и Генри. Последний с гордостью показал Изабель рассечённую бровь и смутился вниманию Мэри. Она же принесла аптечку, Изабель заклеила пластырем рану. Все уселись на кухне поужинать, тогда пришёл и Роберт Эш.
Сдержанный, он выглядел почти суровым, пока не снял галстук, не попробовал суп и не начал расспрашивать Изабель с Генри о том, чем они занимаются. Обычные невинные вопросы, но если Изабель спокойно говорила об антикварном магазине, то Генри замялся.
– Он делает амулеты и ест призраков, – невозмутимо сказал Даниэль.
Генри замер испуганной птичкой, не зная,