Маленькая Баба Яга стр. 17
задние лапы и важно попискивали:
— Не воображайте, пожалуйста! Не такие уж вы, косули, великаны! Но косули и не думали расстраиваться. С любопытством посматривали они на великанов-мышей: «Ну что ж! Карнавал есть карнавал!» В небе поднялась луна, и Маленькая Баба-Яга сказала:
— Надо бы нам потихоньку заканчивать. Но прежде чем вы отправитесь домой, я угощу вас ужином!
И она опять принялась колдовать: косулям и оленям наколдовала она целый воз душистого сена; белочкам — огромную корзину орехов; мышам — овса, а кроликам — полкочана капусты на каждого. Перед началом пира она сказала несколько слов — и все опять стали обычными зверями. Гости весело принялись за еду. Все, кроме лисы: она так и осталась с утиным клювом.
— Простите! — крякнула она по-утиному. — Разве вы не вернете мне мою пасть? Не могу же я есть утиным носом!
— Потерпи! — ответила Маленькая Баба-Яга. — Когда все поужинают, ты тоже получишь свое угощение. Сама знаешь почему! Пришлось лисе дожидаться. Она сидела и грустно смотрела на этот веселый пир. Иногда она открывала клюв и нервно облизывалась утиным язычком. Когда последняя мышь скрылась в своей норке. Маленькая Баба-Яга взмахнула рукой, и к лисе опять вернулась ее хитрая мордочка. А перед ней появилась целая гора колбасы! Лисица щелкнула челюстями и принялась за еду.
— Ну, как, вкусно? — спросила ее Маленькая Баба-Яга. Но лиса самозабвенно уписывала колбасу и ничего не ответила.
Прилипшие мальчики
— Наконец-то солнце приделало ноги зиме! — сказала Маленькая Баба-Яга. И это действительно было так. Потому что с каждым днем зима уходила все дальше и дальше. Наступила весна.
Снег потемнел и исчез, лед растаял. Во всех уголках леса распустились весенние цветы. Распушились вербы, набухли почки берез. Становилось все теплей и теплей.
Не удивительно, что все этому радовались. Каждый думал: «Как хорошо, что зима наконец уходит! Достаточно мы с ней намерзлись!» Радовался и ворон Абрахас. Он вообще-то никогда не унывал. Характер у него был легкий и независимый. Ворон Абрахас был закоренелым холостяком.
— Холостяком жить куда как удобнее! — говаривал он часто. — Во-первых, не надо строить гнезда. Во-вторых, не приходится с женой спорить. В-третьих, не надо каждую весну заботиться о голодных воронятах. Сначала ты их кормишь, кормишь, а потом они все равно разлетятся по свету каждый своей дорогой! Все это я знаю от братьев, которые уже давно женаты, и вовсе им не завидую!
Был у Абрахаса любимый брат. Звали его Кракс. Жил он в большом гнезде на старом вязе, возле утиного пруда. Абрахас навещал брата один раз в году весной. В эти дни в семье было тихо:
жена Кракса сидела на яйцах и птенцы, которые вылуплялись позже, не мешали спокойному разговору. Но на тот раз Абрахас вернулся от брата чем-то взволнованный. Маленькая Баба-Яга это сразу заметила. Поэтому она спросила:
— С братом Краксом ничего не случилось?
— К счастью, еще нет, — ответил Абрахас. — Но брат и его жена в большой тревоге. Там хозяйничают двое мальчишек: они лазят по деревьям и опустошают гнезда! Позавчера они обчистили гнездо черного дрозда, а вчера гнездо сороки. Яйца они прикарманивают, а гнезда бросают в пруд. Брат Кракс в полной растерянности. Если они опять появятся, дойдет очередь и до него…
— Пусть брат Кракс не волнуется! —