Маленькие Песцовые радости стр. 145
же такая вещь, которая не знаешь, когда пригодится, — не стала Живетьева отпираться. — А после того, как ты меня дважды ограбил…
— Не выдумывай!
— … я решила там держать все то, что невосстановимо, — невозмутимо продолжила она. — Места там мало, но сейф, как оказалось, для хранения некоторых вещей не подходит. Знала бы раньше, что ты устроишь, вытащила бы всю взрывчатку и держала бы там реликвию, которую ты украл. И не только ее. Верни хоть целительские записи, ирод!
После этого они минут десять на друг друга орали, не стесняясь в выражениях. Переговоры завершились в пользу Живетьевой. Император ее отпустил, хотя и нагло отрицал свое участие в воровстве сейфа, а компенсацию выбил не только мне, но и себе — за подмоченную репутацию.
Глава 29
Приглашение на Совет в этот раз пришло только на Шелагина-старшего и меня. Шелагина-младшего не пустили даже в качестве родственной поддержки, так что я сидел в комнате ожидания в одиночестве. Не совсем, конечно, в полном, потому что Песец был всегда при мне.
«У меня появилась идея, как заставить Живетьеву отступиться от дома, — внезапно сказал Песец. — Нужно сделать так, чтобы он перестал быть для нее интересным.»
А потом поделился со мной более развернуто, и сделал он это вовремя, потому что не успел я ему хоть что-то ответить, как в комнату вошла сама Живетьева. Император в это время отбивался от очередных обвинений со стороны князей, не говоря ровным счетом ничего интересного, поэтому я смог сосредоточиться на вошедшей.
— Добрый день, Арина Ивановна, — сказал я, поднимаясь с диванчика.
— Ох, Илюша, не такой уж он и добрый, — тяжело вздохнула она. — Когда все, что ты создавал многие годы, рушится в одночасье, каждый день плохой. Даже дом, в котором я прожила столько лет, разрушился.
— Вы же его сами взорвали, Арина Ивановна, — укорил я, — чтобы не отдавать мне свой источник целительской энергии.
— Чтобы не отдавать что? — опешила она.
— Источник целительской энергии. Эрнест Иванович рассказал. Я из-за этого дом и захотел себе взять. Но источник разрушился вместе с домом.
— Что ты говоришь… — она аж побледнела.
— Можете съездить произвести замеры, — предложил я и вздохнул не менее грустно, чем она не так давно.
Благодаря моим регулярным проходам через Прокол, концентрация энергии Изнанки там и без того падала, а после взрыва ошметки разнесло по большой территории и место источника по скоплению энергии найти было уже невозможно. Во всяком случае, так уверял Песец.
— А и съезжу, — решила Живетьева. — Что еще мой внук рассказывал такого, что не попало на видео?
— На видео попало больше, чем решили показать на Совете, — намекнул я. — Но одно могу вам сказать, Арина Ивановна: я понял, что вы ко мне не так хорошо относитесь, как я думал.
— Не выдумывай, Илюшенька, — нахмурилась она. — Ты мне всегда нравился, но интересы Рода для меня выше, чем симпатии к посторонним. Был бы ты среди моих людей…
Она протянула столь выразительно, что не было сомнений: это опять приглашение.
— Это с полной клятвой? — хмыкнул я.