Мама по объявлению стр. 41
с чистоты в доме и заканчивая едой. Увы, я так и не успела до конца закончить приготовления. На кухне после готовки царил бедлам. В столовой на кипенно-белоснежной скатерти лежала посуда из трех разных сервизов, а салфетки… О, я совсем забыла их погладить! Теперь еще и торт. Осмотрев размер бедствия, я смазала место укуса остатками крема и воткнула клубнику.
– Сойдет, – решила я, поставив торт на стол.
Стоило выйти в коридор, как главная дверь открылась. Домой с огромным букетом роз вернулся Эдриан, за ним шел Вилли с двумя маленькими корзинками ярко-синих васильков.
– Нет! Не пускайте Монти, – крикнула я, видя мохнатую морду, что протиснулась вслед за Вилли.
Но было уже поздно. Пес прорвался в холл, чуть не уронив мальчика, и, весело гавкая, понесся на кухню, на запах запекающегося мяса. Я с ужасом смотрела на следы от грязных лап. И где он в такую жару нашел сырую глину?!
– Это не праздник, а катастрофа, – прошептала я.
Нижняя губа задрожала. Мне так хотелось, чтобы все было на высоте, и вот… Я не справилась.
– Милая, о чем ты? Все как и должно быть в день родных сердец, – рассмеялся Эдриан, протягивая мне самый красивый букет белых роз, что я когда-либо видела. – Это тебе.
– Но разве сегодня не принято дарить цветы старшим? – удивилась я, принимая подарок.
Бархатные лепестки так и манили прикоснуться к ним кончиками пальцев, чтобы ощутить всю мягкость, на которую были способны только цветы.
– Сегодня и любой другой день подходит для того, чтобы подарить розы любимой, – тихо произнес Эдриан и украл у меня мимолетный поцелуй.
С улицы послышался шум.
– Деда приехал! – завопил Вилли.
Мимо пробежала Лотти. Брат на ходу отдал ей корзинку, и они вместе бросились встречать дедушку, оставив дверь нараспашку открытой.
Вздохнув в сотый раз за день, я прислонилась к плечу Эдриана.
– Суетной день, но такой…
– Радостный? – закончил он за меня, улыбаясь.
– Да. Мне порой страшно. Нельзя быть такой счастливой. Это просто невозможно…
– И все пойдет вот-вот наперекосяк? – снова договорил Эдриан.
– Да, – улыбнулась я.
Казалось, этот мужчина понимает меня с полуслова. Он приобнял меня за плечо.
– Я чувствую то же самое.
На кухне послышался звук падающей посуды. Затем оттуда стремглав выбежал Монти, держа в зубах кусок ветчины. Я даже бровью не повела. Пусть ест. Должен же быть и у пса праздник.
Затем мы собрались в столовой. Эдриан и Оскар о чем-то переговаривались, пока я не попросила их отложить работу до завтра. Все же в день родных сердец принято уделять время близким. Оскар передал что-то сыну. Я не успела разглядеть предмет, так как Эдриан тут же спрятал руки в карманах брюк.
Восстановительные работы на мельницах были закончены. Вместе с первыми заказами на помол соли и зерна дела в поместье Барлоу пошли в гору. Оскар поначалу пытался помочь сыну финансово, но тот наотрез отказывался принимать деньги. Впрочем, Эдриан всегда выслушивал мнение отца касательно вложений и высоко ценил его советы.
Лотти и Вилли души не чаяли в дедушке, а Оскар при любом удобном случае баловал внуков. Матильда, слава Маклифу, больше не объявлялась. Благодаря миссис Лиоми я узнала, что в последний раз интриганку видели в Лувринии в сомнительной компании столичных