Маска ангела стр. 55
в березки и осинки, что трепетали под осенним ветром, прошли на ресепшен. Девушка за стойкой улыбалась так, точно только их двоих и ждала с самого утра, выдала ключи-карточки и уже собралась передать гостей сопровождающему, когда Илья передумал. План отеля висел за спиной администратора, Илья с минуту разглядывал карту местности, потом сказал:
— Нам нужен другой номер. Вот этот. Да, да, справа вверху нам подойдет.
Девушка посмотрела на Илью, на Леру, та глянула на «кавалера» и кивнула. Потом еле слышно вздохнула, открыла сумку, покопалась в ней, достала пачку купюр и принялась отсчитывать деньги. За отдельно стоящий двухэтажный коттедж — именно он, по мнению Ильи, идеально подходил, чтобы отсидеться в безопасности, — выложить пришлось в три раза больше, чем за номер в главном здании. Но коттедж того стоил — располагался на отшибе неподалеку от забора, но в достаточном отдалении от него, и этот самый коттедж был главной высотой на местности, не считая главного корпуса, но стоял он метрах в трехстах. Окна первого этажа почти полностью скрывала плотная живая изгородь, дорожки, ведущие к дому, отлично просматривались, и Илью все это вполне устраивало. Но — не Леру, на нее было жалко смотреть — она только что рассталась с немаленькой суммой денег и теперь старательно изображала счастливую подружку разборчивого кавалера.
Она первой вошла в дом, скинула плащ на кресло и пошла осматриваться. Илья двинул следом, интересовался в основном видом из окон, задернул шторы на всех и вернулся в гостиную или что-то вроде того: огромную комнату с камином и мебелью из светлого дерева. Лера сидела на диване и листала яркий каталог, потом потянулась к телефону.
— Далеко собралась? — Илья устроился в удобном мягком кресле, прикидывая: развести огонь сейчас, благо дрова на полке у камина имеются, или отложить на вечер, когда совсем стемнеет. Он не упускал малейшей возможности посидеть у костра или у камина, как сейчас, посмотреть на живой огонь.
И заранее знал, как все будет — наступит что-то вроде транса после медитации, когда окружающее отступает, растворяется в темноте, и остается только бело-рыжее пламя, яркое и теплое, очищающее душу, стирающее усталость и боль. «Карму почистить», — вспомнились слова Макса, Илья отогнал воспоминание, подошел к полке с дровами, взял растопку, и тут Лера поднялась с дивана.
— Я на массаж, — сказала она, — вернусь через час. Если в бассейн потом не зайду. Ну, не скучай…
— Валяй, топай, — отозвался Илья и присел на корточки перед камином, сложил дрова «домиком», сунул под них ворох сухой бересты. — Если что — кричи, может, я и услышу.
Чиркнул спичкой, поднес огонек к растопке, и та мигом занялась, вспыхнула, перекинулась на сухие поленья. Затрещала кора, запахло вкусным дымком, Илья зажмурился и втянул в себя воздух. Красота, одно слово. Но как же дорого, черт ее дери…
Лера стояла в дверях комнаты, теребила в пальцах пояс от плаща. Постояла, шагнула в коридор, потом вернулась и спросила:
— Ты думаешь…
— Ничего я не думаю, — отозвался Илья, протянул ладони к огню и зажмурился от удовольствия. Никакая батарея не сравнится, никакой обогреватель — горячий воздух ласкает кожу, точно лижет ее упругим шершавым языком. Стало жарко, Илья отодвинулся и повернулся к девушке. Та все еще стояла на