Мастер клинков - Начало пути стр. 228
партнёрство.
Наверное, если бы метеорит упал на землю рядом с ним, трактирщик был бы удивлён меньше, чем услышав предложение дворянина о партнёрстве. Всё же он быстро оправился от шока и осторожно произнёс:
— Что вы хотите предложить, господин?
— Ну, скажем так, я вкладываю в развитие вашего предприятия некоторые средства, на время раскрутки заведения ссужаю деньги для проведения рекламной акции, а потом, когда прибыль станет стабильной, буду забирать две пятых прибыли — закончил я.
Хоть из моей речи он понял едва ли треть, но основное он всё же уловил. Глаза трактирщика расширились и он стал заикаться.
— В-в-вы, б-б-бла-г-гар-р-родный господин вложит деньги в-в мой т-трактир?
— Именно вложу, любезный, — с улыбкой ответил я.
Я нисколько не сомневался, что и до, и после раскрутки дела трактирщика нужно будет проверять и проверять: глядя на его хитро бегающие в ожидании обещанной суммы глазки, я нисколько не обманывался в его честности. Даже мой первоначальный взнос он может припрятать и сказать, что ничего не получилось.
— Но будет это на моих условиях, — добил я его. — Завтра я пришлю к вам человека с деньгами, который будет должным образом проинструктирован, и он будет выдавать деньги под конкретные улучшения, чтобы вы, любезный, не приведи вас Единый к греху, не растратили мои деньги.
Столь категоричное заявление сбило спесь с колобка, который, вероятно, уже в уме подсчитал, сколько он получит от меня халявных денег.
— А вообще, — внезапно сказал я, — вы мне не нужны. Сломаю трактир и построю новый, за свои деньги и на своей территории. Смысл мне вкладываться в чужой карман?
Сказав это, я встал из-за стола и пошёл на выход. Трактирщик сначала остолбенело застыл, а потом, когда до него дошёл смысл сказанного мною, повторилась недавняя сцена с хватанием за рукава.
На этот раз я вышел из трактира, чтобы показать свою решительность. Трактирщик прибег к последнему методу: упал на землю и обнял мой сапог.
«Блин, что у них тут за привычка такая дурная, — внутренне брезгливо вздрогнул я, — чуть что сразу на землю и к сапогам, сначала староста, теперь этот».
— А у вас дети есть? — внезапно спросил я трактирщика, вспомнив удачный опыт применения такой тактики в отношении старосты.
Трактирщик недоумевающее поднял на меня голову и ответил:
— Сыночек, надежда моя и опора.
— И сколько этой опоре лет?
— Двадцать пять будет этой зимой, — трактирщик всё ещё не понимал, к чему я клоню.
— Значит, вот что. Сынка твоего я забираю к себе в замок, будет у меня служить. Жалование ему положу, как полагается, да под рукой будет, если его отец вздумает со мной шутки шутить.
Услышав такое трактирщик снова взвыл и припал к моему многострадальному сапогу, повторяя почти те же слова, что и некогда староста.
«Всё же шантаж — великая вещь», — без удовольствия подумал я.
— За сына не переживай, цел будет, пока ты со мной будешь честен. Слово дворянина даю — продолжил я, видя, что трактирщик вот-вот потеряет остатки соображения.
Трактирщик, услышав про слово дворянина, поднял на меня лицо, заляпанное грязными разводами. Странно было мне, четырнадцатилетнему подростку, наблюдать за этим мужиком, который был старше моего отца. Я подумал, может, зря я с ним так? Но, вспомнив скупщика фруктов и