Мастер клинков - Начало пути стр. 237
вон на ту лавку, возле кузни.
Парень в мгновение ока оказался скручен, связан своим же поясом и без рубахи привязан к скамье.
Заняв у Дарина позабытый кем-то кнут, я отдал его Рону и громко сказал:
— Бей со всей силы, чтобы шкура слезала.
Затем, когда Шаст взвыл, поняв, что его ждёт, я незаметно для подростка, жестом попросил Рона нагнуться и тихо сказал нубийцу:
— Бей не сильно, но чтобы сесть не мог неделю.
Негр весело сверкнул глазами, сделал деловой вид и взмахнул кнутом для пробы — кнут свистнул и громко щёлкнул. Шаст заорал так, как будто по нему уже били. На шум прибежали Марта и Герда, которые теперь стояли, выпучив глаза.
— Для начала десять ударов, — кивнул я Рону.
Тот размахнулся и начал бил, преимущественно попадая по низу спины. Шаст орал как резаный. Жалость прокралась в моё сердце, но была безжалостно задавлена моим же желудком, который остался пустым из-за потухшего очага.
— Десять, — закончил считать Рон.
Я подошел к всхлипывающему подростку и спросил:
— За что ты наказан?
Тот всхлипывая ответил:
— За то, что обманывал вас.
— Вот видишь, как ты всё быстро схватываешь, — улыбнулся я ему, — может, дать тебе ещё десять для закрепления материала?
— Нет, я всё запомнил, — взвыл подросток, у которого часть спины и того, что пониже, наливалось кровью.
Рон бил умело — кожа рассечена не была, знания об этом у меня остались после просмотра какого-то фильма.
— Ну вот, раз все счастливы, то, может быть, мы поедим сегодня? — спросил я в пустоту.
Отвязанный Шаст вместе с обеими женщинами испарился, хотя и бежал он вприпрыжку, поддерживаемый за одну руку Мартой.
Дарин усмехнулся.
— Давно пора было.
Я возмутился.
— А чего не сказал тогда?
— Может, я запамятовал, но кто из нас двоих барон? — ухмыляясь, задал он вопрос. — Сам должен знать, чем у тебя слуги занимаются.
— Вот уж и подсказать любимому хозяину не мог, — сразу остыл я от
справедливого замечания гнома.
— Любимому — запросто, — ответила эта ехидна. И снова вместе с негром заржали.
«Наплачусь я ещё от этой парочки», — убеждённо подумал я, уходя в свою комнату.
Там я достал гроссбух и обречённо вписал новые статьи расходов. В графе поступлений денег на сегодняшний месяц по-прежнему красовался ноль: оброк будет только через семь дней, а за фрукты обещали заплатить через десять.
Посмотрев на цифры, я решил Рону и пришедшему завтра сыну трактирщика пока ничего не платить, сделав это после указанных выше поступлений. Завтра часть наличности я собирался пустить в дело. Я был уверен, трактир окупит вложенные в него деньги, осталось найти надежного человека, которому можно было доверить контролировать трату последней наличности.
Утром я приказал Марте позвать ко мне старосту. Дожидался я его очень долго, успев попасть в руки мастера Дарина, заставившего меня выдраить кузню.
Работая, я постоянно ловил на себе удивленные взгляды Рона, упражнявшегося со своим копьём во дворе. Кстати, я успел заметить, что утром, когда он вышел на тренировку, то был остановлен мастером Дарином, который, забрав копьё, начал его внимательно изучать, то крутя в руках, то пытаясь согнуть о землю.
В конце этого осмотра он одобрительно проворчал и отдал Рону его оружие назад. Польщенный нубиец поблагодарил гнома и начал