Мастер клинков - Начало пути стр. 254
под одной из телег.
Тот, которого назвали Кроном, осторожно оглянулся по сторонам и жестом показал — «следуй за мной». Я понял, что мне обязательно нужно услышать их разговор.
Когда скупщики вошли в свой шатёр, я обогнул его и прислушался — к сожалению ткань была слишком плотной, чтобы я что-нибудь услышал. Стрелой метнувшись к стоящим телегам, я схватил первый попавшийся железный предмет — им оказался обломок серпа — и вернувшись назад, стал осторожно резать ткань внизу шатра.
— ….точно Строн сможет задержать скупщиков из другой гильдии? — услышал я обрывок фразы, когда немного расширил дыру и осторожно всунул ухо в шатёр.
— Не переживай, если Глава сказал, что у нас есть день, то значит, так оно и есть, — спокойно ответил второй собеседник.
У меня стало учащённо биться сердце. Вот оно, то, ради чего я весь день ползал на животе под телегами. Торговцы практически подтвердили мои предположения.
— Но, Крон, а что, если крестьяне откажутся продавать по сестерцию за мешок и решат ждать ещё день, как тогда? — раздался голос толстяка.
— Да не трусь ты так, — презрительно ответил долговязый, — крестьяне всегда продают свои товары до окончания ярмарки, я не первый год здесь покупаю. Никогда после окончания ярмарки крестьяне не оставались ещё на день, тем более на несколько.
— Ну хорошо, тогда будем ждать Главу, — тяжело вздохнул толстяк.
Услышав то, что мне было нужно я решил больше не рисковать и, пока меня никто не засёк, уйти оттуда. Сильнее натянув ткань шатра вниз, я спрятал дырку от невнимательных глаз и, осторожно отползя назад, вернул на место обломок серпа.
Теперь, имея подтверждение своих мыслей о хитроумной игре торговцев, можно было строить собственные планы.
Задумавшись я решил рискнуть: если я выиграю, то заработаю крупную сумму денег, а если проиграю, то что ж, лишусь всего зерна и денег за ближайшие оброки.
На следующий день, ближе к полудню, я зашёл в лес и переоделся в баронскую одежду — хоть и выглядела она неказисто, так как была перешита из старых вещей барона, но всё же была одеждой дворянина. Умывшись и причесавшись как следует, я свернул крестьянскую одежду в узелок и зарыл под приметным деревом. Сумку я забрал с собой.
Выйдя из леса, я с важным видом прошёл мимо кланяющихся крестьян к палатке ростовщика, который также присутствовал на ярмарке, чтобы ссужать деньги нуждающимся. Я зашёл в палатку — сидящий внутри человек, увидев меня, сразу бросился навстречу и, кланяясь, за руку повёл к своему столу, стоящему у дальней стенки.
Когда он вышел на свет, я рассмотрел ростовщика: им оказался невысокого роста, очень худой человек с невероятно бледным лицом и огромными мешками под глазами.
— Зачем к нам пожаловал дорогой господин? — льстиво улыбаясь, спросил ростовщик сначала усаживая за стол меня, а потом и сам садясь с противоположной стороны.
Напустив металла и надменности в голос, я ответил:
— Вы, верно, шутите любезный? Зачем же ещё ходят к ростовщикам, как не для того, чтобы одалживать деньги?
Ростовщик немного изменился в лице, услышав мою грубость, но долг профессии заставил его улыбаться.
— Да-да, господин, конечно. Сколько же вам нужно? И под какой залог?
Я прикинул в уме: всего крестьянских подвод осталось на ярмарке около