Мастер клинков - Начало пути стр. 352
Впрочем, не прошло и двух часов, как мы и без него многое узнали. Оказалось, что лодка не зря была такой широкой, находиться в ней можно было только в лежачем состоянии, так как отрезков пути с высоким потолком в подземелье практически не было. Каналы чаще всего были вырублены прямо в толще скал, и поэтому имели вид простой сплюснутой трубы. И, что было самым страшным, плыть чаще всего приходилось в полной темноте, поскольку света в этих каналах не было, только изредка на пути встречались участки камней, покрытых какими-то тускло фосфоресцирующими то ли слизняками, то ли растениями.
Первую ночевку мы сделали на одном из причалов, которые довольно часто попадались на нашем пути. Дарин объяснил, что такие причалы всегда устраивали недалеко от стратегически важных выходов на поверхность.
Хоть под землёй ветра и не было, но от воды тянуло сыростью, а холод пронизывал до костей. К счастью, у гномов оказалось всё предусмотрено, и на случай длительных остановок возле пристаней, чуть в стороне от канала, были вырублены небольшие пещеры. По понятной причине дров здесь нигде не было, поэтому пришлось закутаться во всё, что у нас с собой было.
Утром я снова начал шмыгать носом и покашливать, так как, несмотря на наличие множества шкур и тёплого одеяла,
замерз я очень сильно. Рон, испугавшись за меня, заставил сделать с ним пробежку, поэтому пришлось около часа бегать взад-вперёд по коридору, постоянно ориентируясь на тусклый свет слизней, которые во множестве обитали рядом с пристанью.
В общем, не знаю, как Рон, но мне это путешествие не нравилось. Днём мы лежали в несущейся по течению лодке, делая, по моей просьбе, всего одну остановку на обед, а вечером я мёрз на полу пещер. Через пять дней я проклинал и гномов и магов, которые, устроив такие пути сообщения, не позаботились о минимуме удобств. Правда, долго проклинать строителей не удалось, у меня поднялась температура и я молча дрожал в лодке — меня постоянно знобило.
Впрочем, Рон тоже быстро выдохся и из него всё чаще вылетали аналогичные словечки о строителях канала. Оскорбившийся гном высокомерно молчал, никак не реагируя на нашу ругань. В конце нашего путешествия простуда свалила и твердокаменного нубийца, который так же, как и я, начал чихать, кашлять и ещё сильнее проклинать всех гномов и магов на свете.
Так что, когда окончательно надувшийся на нас гном объявил о завершении пути, нашей с нубийцем радости не было предела. Мы просто мечтали оказаться в горячей ванне и тёплой постели, или, как минимум, согреться у костра и поесть горячей пищи.
Дарин, не разговоривший с нами уже со второго дня путешествия из-за наших оскорблений прекрасного (как он свято считал) творения рук гномов, запалил факел и, собрав свои вещи, пошёл в коридор, даже не позвав нас с собой.
Мы с Роном, похватав свои манатки, устремились за ним, иначе нам пришлось бы надолго — если не навсегда — застрять в рукотворном лабиринте переходов и тупиков. Гномы специально устраивали такие возле выходов из подземелья, чтобы враги, даже пробив ход в скале, не могли бы пройти дальше.
Описать нашу радость при выходе на поверхность не хватило бы слов. Мы с Роном принялись просто