Мастер зверей стр. 2
за спинкой детской кроватки. По видимому это та комната на улице Хмелева. Мамины двенадцать метров. Об этой комнате я знал лишь по рассказам родных, зато теперь вижу воочию. Ужас.
Ну вот и первая победа. Оторвал голову от подушки. Даешь прогресс! Начинаю ворочаться, хочу ползать. В идеале ходить, но это пока рано. И еще, как говаривал вождь мирового пролетариата, "конспирация, только конспирация". О своей второй жизни надо молчать в тряпочку. В лучшем случае в психушку упекут. Лучше уж буду странным и угрюмым ребенком. И ведь придется. Боюсь искренне веселиться вещам, которые радовали в прошлой жизни может и не получиться. Так что первостепенная задача, овладеть собственным телом. И не реветь. Не реветь я сказал. Долбанный детский организм. Функция рева включается автоматически. Всегда ненавидел эти слюнявые детские пасти разинутые в безудержном вое.
Квартира сменилась. Теперь это улица Лобачевского. Тоже по прошлой жизни не известная. Попытка родителей ужиться вместе со свекровью. Бабушка Оля. Аж сердце захолонуло, как я ее увидел. Как я ее любил. И она меня. Это лобастое русское лицо с высокими скулами и голубыми глазами. Папина родня вообще вся красивая. Настоящая русская красота. Жаль что это все впустую. Грусть тоска. Ладно, чего уж теперь. Ближайшие лет пятнадцать поживем более или менее спокойно.
Потом моя дорога и дорога родни начнут расходиться. Будет боль и слезы. А пока ловим момент счастья. Если я правильно помню, то на этой квартире мы долго не проживем. Не уживутся мама с бабушкой, не смогут. Во точно, новый адрес. Шарикоподшипниковская, это я уже кое что помню. Интересный эффект от наложения старых воспоминаний и новых впечатлений. Здесь-то мы довольно долго проживем.
Какое счастье не болеть. Так-то я уже должен ходить в логопедический детский сад, лечить заикание, а нет. И не предвидится. Мама правда в свой литературный институт так и не поступила. Учится на медсестру. Зато дома тишь да гладь, да божья благодать. Я уже хожу и стараюсь ходить как можно больше. Тут у меня есть на что ориентироваться. Не даром я в той жизни книгочеем был. Спортсменкой, комсомолкой, отличницей становиться не собираюсь, но кое что полезное из той книжки применить можно. Так что пока стараюсь больше двигаться и бегать. Ем все и без жалоб или понуканий. Нужно было прожить всю жизнь холостяком, что бы оценить, какая это вкуснятина мамина манная каша.
Еще одно что помнилось из той жизни это запах. Потрясающий аромат окутывает весь этот район. Свежеиспеченный хлеб и горелая резина. Шинный завод и пекарня. Из-за шинного завода маме приходится вставлять в форточку кусок марли. За пару дней он чернеет и надо менять. Хожу в детский сад. В этой жизни с дикцией порядок. Все эти, так веселившие по прошлой жизни высказывания типа "я босой и синий", не состоялись. В саду мне сложно. Прошлую жизнь я закончил бобылем. Последние двадцать лет наслаждался одиночеством. Мне всегда было сложно сколько-нибудь долго поддерживать разговор. А теперь пожинаю плоды характера. Воспитатели замечают мою необщительность, но тревогу не бьют. Во всем остальном я идеальный ребенок. Выполняю все без капризов, послушен, с удовольствием кушаю.
Ах общепит, моя слабость. Единственное по чему я ностальгировал в Израиле, это по