Мастера детектива. Выпуск 13 стр. 81
Миссис Чизолм умерла потому, что однажды допустила ошибку, выбрав в жизни единственную цель. Когда эта цель, которая уже казалась ей достигнутой, вдруг оказалась недосягаемой, жить дальше ей стало незачем. Целых двадцать лет миссис Чизолм отдавала все свои таланты, все деньги и всю энергию сооружению величественного здания своего превосходства. Когда же я прошептал ей на ухо кое-что, из чего следовало, что здание это покоится на исключительно шатком фундаменте, жизнь для миссис Чизолм потеряла всякий смысл. Конечно, у нее было слабое сердце, однако никакой шепот не заставит даже слабое сердце остановиться, если только этот шепот не сообщает нечто ужасающее. Я сообщил Маргарет Чизолм…»
— Не надо подробностей, Хэнк, — сказала Джин. — Ведь родственники ее мужа еще живы.
— «…ужасный секрет, — закончил фразу Хэнк, пожав плечами. — Миссис Чизолм почувствовала, как под ней рушится та высочайшая вершина, на которую она себя вознесла. Она представила себе, как над ней будут смеяться ее друзья, как ее имя появится на первых полосах газет. Она поняла, что великолепной, недостижимой миссис Гейлорд Чизолм пришел конец. И она умерла, потому что не хотела больше жить. Тим Слеймон и мисс Сильвия Инглсби, так же как и мистер Осгуд, приняли смерть от своей собственной руки без какого-либо непосредственного вмешательства с моей стороны. Мистера Слеймона, как и многих задиристых смельчаков, можно было без труда испугать, правда, ненадолго; его здравый рассудок позволял достаточно быстро проанализировать ситуацию и без особых трудностей выпутаться из угрожающего положения, но только после того, как он переживет момент сильнейшего испуга. Помня об этой черте его характера, а также о его привычке обвивать ногами ножки кресла в моменты сильного волнения, я установил иглы для подкожных впрыскиваний в подлокотниках и ножках аляповатого кресла, настолько похожего на кресла, стоящие в гостиной мистера Слеймона, что я был совершенно уверен, что рано или поздно он в него сядет. Ведь когда человек находится в состоянии сильного стресса, даже привычного вида мебель действует на него успокаивающе. Я дождался момента, когда мистер Слеймон сядет в это кресло, а затем включил пластинку, на которой голос хозяина извещал мистера Слеймона, что он следующий, кто должен умереть, после чего неожиданно выключил свет. Мистер Слеймон вздрогнул, сделал привычное движение, и иглы впрыснули ему в кровь дозу яда. Я включил свет, увидел, что он мертв, и запустил пластинку с соответствующей репликой хозяина. После смерти мистера Слеймона мисс Инглсби, как ни странно, потеряла голову, чего никогда прежде на всем протяжении ее блестящей карьеры с ней не бывало. Это, однако, вполне объяснимо: ведь чем дольше человек подавляет свою естественную реакцию на тяжелейшие обстоятельства, тем выше вероятность того, что в момент крайнего напряжения плотина будет прорвана. События вечера основательно потрясли мисс Инглсби; когда умер мистер Слеймон, я увидел, что она находится на грани срыва, и добавил напряжения, притворившись, что сам теряю рассудок, и обвинив ее в том, что это она его убила. Я напомнил ей о некоторых ее сомнительных делах и в нужный момент включил запись с голосом хозяина. В результате она на мгновение потеряла контроль над собой и бросилась к наружной двери, которая, как ей было известно, представляла смертельную опасность для всякого, кто к ней прикоснется. Таким