Библиотека

Мастера детектива. Выпуск 6 стр. 3

Размер шрифта
-
+
Тема

оставить, а другую — забрать. Рекомендательное письмо лежало на столе. Он сунул его в карман, а в скрюченные пальцы министра вложил клочок бумаги. Рейвен не был любопытен, он лишь взглянул на письмо, но подпись на нем ничего для него не значила — в этом смысле на него можно было положиться. Он обвел взглядом маленькую пустую комнату — не проглядел ли чего. «Дипломат» и пистолет следовало оставить на месте. Все было очень просто.

Он открыл дверь спальни. И вновь глаза его сфотографировали интерьер: односпальная кровать, деревянный стул, запыленный комод, фотография какого-то молодого еврея с небольшим шрамом на подбородке — как будто от удара дубинкой, две коричневые деревянные щетки для волос с инициалами Дж. К. и повсюду пепел от сигарет — дом старого, неряшливого человека, дом военного министра.

За дверью низкий голос шепотом, но отчетливо звал на помощь. Рейвен снова схватил пистолет. Кто бы подумал, что старуха окажется такой живучей! Как и в прошлый раз, когда зазвенел будильник, этот стон вывел его из себя: будто некий дух вмешивается в людские дела. Чтобы открыть дверь кабинета, ему пришлось ее толкать — мешало тело. Она, похоже, была уже мертва. Но чтобы не оставалось сомнений, Рейвен дважды, почти касаясь дулом глаз, выстрелил.

Пора было уходить. Пистолет он взял с собой.

2

Они сидели рядышком и дрожали от холода. Маленькая, яркая внутри и закопченная снаружи коробка несла их в сгущавшихся над улицами сумерках, автобус катился в Хэммерсмит. Витрины магазинов сверкали, как лед.

— Смотри, — сказала она, — снег пошел.

Автобус уже въехал на мост; несколько крупных снежинок проплыли мимо окна, падая, точно бумажные хлопья, в темную Темзу.

— Пока мы вместе, я счастлив, — сказал он.

— Мы же встретимся завтра... Джимми. — Она всегда запиналась, прежде чем произнести его имя. Глупое, в сущности, имя для человека такого богатырского сложения.

— Ночи — вот что не дает мне покоя.

Она засмеялась.

— Это пройдет. — Но тут же посерьезнела. — Я тоже счастлива. — Когда речь заходила о счастье, она тут же становилась серьезной, а когда чувствовала себя несчастной, начинала смеяться. Она не могла относиться несерьезно к тому, что было ей дорого, а ощущение счастья заставляло ее мрачнеть при мысли о том, что может его разрушить.

— Не дай бог война, — сказала она.

— Войны не будет.

— Тогда все тоже началось с убийства.

— Так то ведь был эрцгерцог. А здесь всего-навсего какой-то старый политик.

— Осторожнее, — предупредила она. — Разобьешь пластинку...

Джимми.

— Черт с ней, подумаешь!

Она замурлыкала мелодию, ради которой и купила эту пластинку: «Ты говоришь мне, что это сад...», а большие снежинки все падали и падали за окном и таяли на мостовой. «Вот белый цветок, он раскрыл лепестки...»

— Какая глупая песня, — сказал он.

— А по-моему, очень милая песенка... Джимми, — возразила она. — Нет, не могу я так тебя называть. Ты не Джимми. Слишком уж ты здоров. Сержант-детектив Мейтер. Это из-за таких, как ты, ходят разные шуточки насчет полицейских ботинок.

— А если «дорогой»?

— Дорогой, дорогой... — Она будто попробовала слово на язык, покатав

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.