Мечта стр. 103
моде. Анализируя себя, Сет понимал, что он не такой как другие, что грусть и тоска могут вернуться со временем приумноженные, но пока что ему было хорошо. В отличие от многих на этой земле он смог насладиться своими возможностями и деньгами и просто радоваться тому, что он видит новые страны, читает новые книги, узнает новых женщин и познает мир. Наверное, многие назвали бы его прожигателем жизни, но только те, кто не знал его внутренний мир. Он нашел в себе силы не поддаваться условностям и не следовать тому пути, каким следуют его современники.
И в своих странствиях он выбирал необычные места. Привычные
курорты не прельщали его, и он искал экзотики. Он провел полгода у тибетских монахов, побывал в Индии, на Цейлоне, пробовал свои навыки в скалолазании в Непале.
Конечно, благодаря своему поведению он прослыл загадочной личностью и вызывал немалый интерес у прессы. Пресса его просто боготворила, ведь если удавалось добиться интервью, то он мог поведать много чего интересного, и статья получалась отличной. Сет не отдавал себе отчета в том, что общается с прессой он только потому, что надеется встретить одну единственную журналистку, которая ему была интересна. В толпе красивых девушек журналисток, он всегда искал взглядом, всегда смотрел им в лица. Между ними ходили слухи о том, что он не равнодушен к журналисткам и чаще всего добиться эксклюзивного интервью удавалось именно хорошенькой девушке, с которой они проводили несколько дней и ночей в очередном отеле, где он останавливался между странствиями. Пит называл это скитаниями. Только он мог открыто сказать такое другу. Ему недоставало Сета, ведь виделись они теперь крайне редко.
Сет первый раз приехал в родной дом спустя три года. Потом он вообще перестал туда приезжать, ведь там не было ничего для него привлекательного. Когда он возвращался в Америку, он звонил Питу и высылал за ним самолет, либо тот приезжал на машине, и они отмечали встречу, как и раньше. Веселились, может немного меньше, ведь когда тебе за тридцать, то шутки уже не такие смешные, но зато разговоры стали более душевными и тем для обсуждения появилось больше. Они усаживались в номере за коньяком, и Сет рассказывал о новой стране, а Пит о своих новых изобретениях. И у них всегда было о чем поговорить, и близость их не прошла, как это бывает со временем. Они могли не видится год, а встречались, как будто расстались вчера.
Такими вот моментами и хороша старая дружба. Нет натянутости и вынужденности что-то говорить, можно молча пить коньяк и смотреть в огонь рядом со старым другом и получать от этого наслаждение. Они всегда с удовольствием вспоминали прошлое, детство. Любимой историей Пита была история спасения из горящего сарая. Вспоминали они и Фэй. Теперь уже просто как старого доброго друга. Сет всегда спрашивал:
— Ну что, нет вестей о ней?
А Пит отвечал, что нет.
А иногда они закатывали вечеринки, словно им было по 20, на которых гуляло полгорода. Кто кого приводил было неизвестно, никто никого не знал, гремела музыка, и дым от сигарет стоял столбом.
Чем дольше не бывало Сета, тем больше им интересовались все, когда он возвращался. Конечно, он следил за новостями из