Мечта стр. 204
веток перегораживали тропинки, в некоторых местах я заметила поваленные деревья, мусор, перевёрнутые урны. Власти еще не успели навести порядок, и можно было окунуться с головой в последствия стихии. Людей не было, я наслаждалась тишиной и одиночеством. Брела по парку, думала обо всем и ни о чем, мне было очень хорошо. Так хорошо не было уже долгое время. Побыть собой и наедине с собой. Я зашла уже в самый дальний и темный конец парка. Фонари во многих местах не работали, из-за урагана или по другой причине — не знаю. Я поняла, что задумавшись, забыла об осторожности, и надо было поскорей отсюда уходить. Повернув, я услышала какой-то звук. Я остановилась и прислушалась. Вроде ничего, но когда я сделала еще один шаг, то услышала слабый вскрик. Я замерла и слушала. А потом услышала просто истошный вопль. Он исходил откуда-то справа из темноты. Потом все стихло. Я не могла поступить иначе, и просто пошла на звук. Я шла очень медленно, останавливаясь то и дело и прислушиваясь. Пройдя так метров тридцать, я услышала всхлипывания. Это был детский плач. Тут уж я не стала думать об осторожности и громко позвала:
— Эй, малыш?
Плач стих, а потом раздался крик:
— Мама, я здесь.
Я прошла еще несколько шагов, ничего не видя в темноте. В последний миг я увидела большую яму, она была совсем немного темнее ночи, и я заметила ее совершенно случайно. Еще немного и провалилась бы туда. Из этой ямы и раздавался детский плач.
Я легла на живот и спросила в темноту:
— Эй, малыш, ты там?
— Да, а где моя мама?
— Я не знаю, маленький. Ты упал туда?
— Да, — ответил ребенок и заревел.
Была кромешная тьма, и ничего не было видно, только очертания ямы. Видимо здесь велись какие-то работы, но штормовое предупреждение разогнало всех и рабочие так халатно отнеслись к своей работе, что не прикрыли яму. У меня не было ни телефона, ни фонарика и я растерялась. Глаза стали немного привыкать к темноте, и я увидела какой-то блеск. Переместилась немного в сторону и нащупал то, что блестело. Это были металлические скобы, которые использовались как ступеньки для спуска в яму.
— Там есть такие железные штучки на стене, потрогай стены и поищи, — сказала я.
Какое-то время он возился, а потом опять заплакал:
— Тут ничего нет.
Видимо они были слишком высоко, и он не мог дотянуться.
— Я схожу и позову кого-нибудь, хорошо?
Мои слова вызвали истерику. Он начал кричать так, что сорвал голос. Он умолял меня не бросать его одного. Что мне оставалось?
— Хорошо, хорошо, не плачь. Я сейчас спущусь к тебе.
Я нащупала ступени и спустилась. Это оказалось совсем не сложно, не смотря на темноту. Это была бетонированная яма, высотой метра три. Расстояние между скобами было довольно большим, последняя скоба была высоко от дна, и мне пришлось просто спрыгнуть вниз. Как только я очутилась на земле, мне в объятия бросился мальчик. Он был маленький и очень худенький, весь дрожал и всхлипывал. Ему было не больше пяти. Курточка и штанишки были влажными, видимо в яме были лужи. В волосах я нащупала веточки и соринки, лицо мокрое от слез. Он так