Мент, меч и муж стр. 243
лилией в руке. Но ведь не деве с лилиями и сделано.
– Хорошо. В смысле… подумаю.
– Договорились. – Роннен улыбается, и вдруг становится понятно: разговор ему тоже дался нелегко. И впереди еще несколько таких же тяжелых бесед. Но если он хочет остаться со мной, и если я хочу того же…
Пусть себе принцы на белых конях живут спокойно. Их популяцию надо законом охранять, а не совать к ним мента со слабо выраженными моралью и этикой.
Принцам – принцево, ментам – ментово.
Здесь и сейчасГород во время карнавала – это дурдом на выездном заседании. Сотня дурдомов. Или две сотни.
И все активно
празднуют.
Фонтаны имени Мирьки сыграли в разгулявшемся Дойл-Нариже явно не последнюю роль. Вон, один такой забит пропойцами так, что вина не видно, сплошные залитые багровым карнавальные костюмы. Вокруг суетятся стражники: вижу Ливиса, рядом, похоже, Илько… Подавляю естественное для мента желание выяснить, в чем суть веселья и к оному присоединиться. Нет-нет, Юляшка держалась бы подальше от «всякого сброда».
Шарахаюсь от удалой компании, пустившейся в пляс посреди улицы. «Эй, красавица, иди к нам!» Спасибо, ребята, как-нибудь в другой раз. Ох, господи! Один из идиотов умудрился рвануть за завязку бронелифчика. И что теперь, на свиданку идти, придерживая рукой одну половинку лифа?
– Сссьюда… – короткий, но ни с чем не сравнимый шепот заставляет свернуть в тупичок. Реус-Зей в костюме кехчи… ну да, ну да. На морде какие-то завязочки, на груди налеплены пуговицы. И кто-нибудь на это клюнет?
Впрочем, пьяные, ночью…
– Повьернисс’сь.
Когтистые лапы управляются с ленточками удивительно хорошо. Интересно, у многих дам Реус успел побывать горничной?
– Л’орд просссьил скассать: нье д’ури…
– Угу. Постараюсь быть осторожнее.
– Бьессс ф’анатисссма.
Невежливо это – возвращать мне мои собственные словечки. Да еще и в столь неподходящий… в смысле, подходящий момент. Но я лишь кивнула, и Реус-Зей меня отпустил. Похоже, укрепил завязки чем-то вроде стальных колец, в спину упираются. Не больно, но к ощущениям надо привыкнуть.
На улице уже суетятся стражники, плясунов не видать. Меня пасут – или просто должностные обязанности исполняют? А может, и то, и другое. С мужа станется велеть охранять конкретные улицы, ничего больше не объясняя.
Ни с кем не здороваюсь, иду дальше. Площадь Равновесия, статуя Благоденствия, любимое место молодежи для романтических свиданок. Очень плохое место, особенно сегодня: если начнется заваруха, пострадает куча мирных граждан. Мало мне Кушана – точно ведь разорвут за такое количество трупов! А Роннена из города изгонят. Убить его кишка тонка, вывернется… если не решит за меня отомстить. Тогда убьют. В конце концов. Числом задавят. Или нет?
Черт, ну что за бред в голову лезет? Встречусь я со Слайей, аккуратненько его возьму… кехчи за мной точно следят, а от арбалетного болта заклятия еще не придумали, Нен-Квек в таких случаях стреляет на поражение.
– Дорогая?
Минуточку, встречу ведь назначали на площа…
Когда мне на лицо легла прохладная, резко пахнущая тряпка, я еще успела подумать: хорошо. Жертв на площади Равновесия удалось избежать.
– Итак, лейтенант Герасимова, вы хотели меня видеть?
Голова все еще кружилась. Очень не хотелось открывать глаза.
Лейтенант Герасимова? Кто это? Откуда в Дойл-Нариже лейте…
Яна, ты дура.
Ну давай, подними веки, к тебе, как-никак, обращаются.