Мент стр. 113
закона. Но этот долбаный голливудский коп не знает, что такое общага, не понимает — и не поймет никогда — ситуацию, когда нет денег на новые колготки жене. Ну не поймет он этого, и все тут!… А наши сержанты и офицеры знают все это хорошо. Ох как хорошо они это знают.
Разумеется, это не оправдывает. Но почему-то никому не приходит в голову задать простой вопрос: а если изменить скотские условия жизни? А? Может, и преступников в милицейской среде станет меньше?
Но это все резонерство, пустопорожняя болтовня.
Поехали дальше, к торжеству Закона и Справедливости. Ибо они обязаны восторжествовать. А как иначе?
Следствие у нас течет неторопливо. Подследственный сидит, следак где-то бегает. Дел у него в производстве много, он не успевает. И, как продавщица в овощном отделе, имеет полное право сказать: вас много, а я одна! Следствие течет неспешно… Иногда человека не вызывают на допрос месяцами!… Сидишь? — Сижу. — Ну, сиди, сиди… И вообще складывается впечатление, что о тебе забыли, что папка с твоим делом завалилась за сейф. Потеряна, утрачена, съедена мышами… — Эй, — ты там сидишь? — Сижу. — Ну, сиди, сиди…
ДОЗРЕВАЙ!
Звереву передали маляву от Лысого. Внутритюремная почта требует особого рассказа. Технология связи между камерами в тюрьме сколь проста, столь же и хитроумна. Самый простой способ — передача маляв, то есть записок, через тюремную обслугу: баландеров, разносящих пищу, шнырей из хозобслуги или контролеров. Услуга, разумеется, платная. Но плата не шибко высока — как правило, несколько сигарет. Однако не всегда этот способ годится. И тогда посылают пулю или прогоняют коня. А делается это так…
На галерее второго этажа, напротив красной хаты два-девять-три, расположена камера, где сидят жулики. Дверь в дверь, кормушка в кормушку.
Если ворам нужно переслать маляву в том направлении, в котором почта легче дойдет через ментовскую хату, то именно так это и делается. Идеологическое противостояние воры-менты здесь не действует — в одной крытой паримся, одинаковые проблемы решаем…
— Эй, соседи!… — кричат в открытую кормушку из воровской хаты. — Эй, — кричат они, — соседи!
— Ну, че?
— Маляву передать надо!
— Куда?
— А туда-то.
— Ну, давай, передадим твою маляву…
Из кормушки высовывается конец бумажной трубки, тщательно свернутой из листов глянцевой бумаги… О, бумага не всякая годится! Лучше всего подходят для духовой трубки иллюстрированные журналы: «Огонек», «Работница», да и «Плейбой» ради дела не жалко… Высовывается из кормушки ствол древнего оружия южноамериканских индейцев, обоженные никотином и туберкулезом легкие выдыхают воздух, и пуля летит. Она пересекает пространство тюремной галереи и влетает в кормушку на противоположной стороне. Пуля — это свернутая в плотный свиточек малява, обернутая сверху полиэтиленом и запаянная над огнем спички. С одной стороны к ней крепят головку из хлебного мякиша. Случалось, стрелок выдувал пулю с такой силой, что она, пролетев камеру, выскакивала в решку, то есть в окно… Тогда начинай все сначала.
Если маляв требуется передать много, то рациональнее натянуть дорогу. Тогда пуля тянет за собой нитку, а уж по нитке будут переданы все почтовые отправления… Итак, пуля преодолела первый этап в своем непростом путешествии.
Дальше ее следует переправить на два этажа выше. Или на этаж ниже. Тут уже пневматическая почта не поможет. А кто поможет? Разумеется —