Мерцающие врата стр. 146
Грейс, но я не хотела выслушивать, как он оправдывает ее за то, что она совершила. Видимо, он понял это, потому что больше ничего не стал говорить, а просто сел в то кресло, где раньше сидел Финн.
А я снова провалилась в сон.
* * *Большую часть дня я то просыпалась ненадолго, то засыпала вновь. Медсестра приходила поставить мне градусник, дать таблетки, покормить и попоить. Есть и пить не хотелось — больничная еда была больничной едой даже в Авалоне. Но мне пригрозили, что если я не буду есть и пить, мне поставят капельницу с питательным раствором, так что пришлось давиться и глотать.
В какой-то момент, проснувшись, я обнаружила огромный букет желтых роз на тумбочке. Оказалось, приходил Итан, но, увидев, что я сплю, решил меня не будить. Я смотрела на розы — нежно-желтые, солнечные — и улыбалась. Занятно, что он все-таки принес мне розы, хотя выбрал не красный цвет и не белый.
Подозреваю, для Волшебника розы в подарок имеют больший смысл, чем для простого смертного.
Во второй половине дня спать уже не хотелось, хотя чувствовала я себя ужасно. А что еще хуже, я знала, что скоро принесут ужин — в больнице рано кормят ужином. По крайней мере, так было в Америке (мама пару раз попадала в больницу, сильно перепив).
У моей постели по-прежнему дежурил Лаклан, но ни он, ни я были не в настроении разговаривать. Так что мы с ним сидели в молчании, которое уже явно затянулось, как вдруг оказалось, что ко мне пришел еще один посетитель.
Я не виделась и не говорила с Кимбер с тех пор, как на нас напали в бутике. Наверное, я должна была позвонить ей и спросить, как дела — в конце концов, она тоже пострадала при нападении, — но из-за маминого приезда у меня все вылетело из головы. Кимбер стояла в дверях, покусывая губу, как все
Волшебницы, когда они нервничают. У нее был немного виноватый вид, но я не понимала, в чем дело.
— Заходи же, — позвала я ее, приподнимая спинку кровати так, чтобы сесть.
Кимбер смущенно улыбнулась и переступила порог.
— Я подожду за дверью, чтобы вы могли спокойно пообщаться, — сказал Лаклан.
Я кивнула ему с благодарностью.
Когда дверь за Лакланом закрылась, Кимбер подошла к кровати и присела на краешек. Она посмотрела на букет роз и приподняла брови.
— Вижу, здесь побывал мой братец, — сказала она.
Тут оказалось, что я могу покраснеть даже с красным от температуры лицом.
— Да, он заходил, говорят. Но я тогда спала.
Кимбер посмотрела на меня озорным взглядом и полезла в сумку, которая висела у нее на плече.
— Я тут принесла тебе кое-что получше, — сказала она, потом достала из сумки термос и встряхнула его, как шейкер.
Нетрудно было догадаться, что внутри, и когда Кимбер отвинтила крышку, по палате разлился дурманящий запах поссета. У меня аж слюнки потекли. Кимбер осторожно налила полную чашку и протянула мне.
Мне хотелось проглотить все залпом, но я сомневалась.
— А можно? — спросила я. — Не знаю, что за лекарства мне дают, а поссет-то с алкоголем, и…
Кимбер только хмыкнула и повела плечом.
— Поссет — вот лучшее лекарство.
— Да, но многие медицинские