Мертвая пехота стр. 2
роковой поступи не было ничего хорошего. Люди так не ходят.
Дверь озарилась светящейся каймой. Кто-то был там, по ту сторону. Кто-то, у кого был достаточно мощный фонарь. Но никому из вахтового подразделения "Карателей" таких игрушек не выдавали…
Шаги прекратились. И в нос Ронду ударил запах гниения. Младший тактик задохнулся от смрада, левая рука дернулась ко рту, чтобы прикрыть рвущийся наружу крик, а правая вцепилась в рукоять разрядника. По спине заструился ледяной пот, мерзко скользнул между лопаток и добрался до копчика. Ронд прерывисто вздохнул.
Если он выстрелит — то выдаст себя. Стрелять нельзя. Сейчас ни в коем случае нельзя, хоть и хочется изрешетить дверь и то, что застыло за ней. Но вдруг гость уйдет? Ведь может случиться и такое! Ох, пусть он уйдет! Это ведь такая мелочь. Склад есть склад. Там никого не должно быть. Одни стеллажи с оружием, да ящики с боеприпасами. И мертвый тактик. Больше здесь никого нет! Уйди, прошу тебя. Уйди!
Ручка двери пошевелилась, и Ронд похолодел. Гость осторожно покрутил ее в разные стороны, будто вспоминая, как это делается, и утих. Младший тактик вжался в угол, облизнул пересохшие губы и почувствовал, как из глубины души рвется наружу вой отчаянья. Нет выхода. Нет спасения! Все старые мечты о военной
карьере показались глупыми, несущественными. Все переживания по поводу должности, на которой он застрял, стали смешными. Четыре года в младших тактиках? Ну и что? Он готов был проходить в этом звании еще десять лет. Двадцать лет. На любой из планет! Хоть здесь, в джунглях душного Раздора, хоть на безжизненных камнях Черномола, да хоть среди живых мертвецов Терадо — где угодно, лишь бы выжить. Выжить и забыть о тяжелых шагах там, за пределами склада, забыть о хитиновой лапе перерубившей позвоночник плечистого тактика. Забыть о вязком запахе, который можно было едва ли не потрогать. Забыть обо всем и просто жить дальше…
Но нечто не уходило. Оно ждало по ту сторону подсвеченного контура, по ту сторону входа в преисподнюю. Входа, который для поганого гостя наверняка был выходом. И Ронд чувствовал, как ЭТО хочет выбраться из своего слепящего ада в чужой сумрак теплого склада. В последнее прибежище младшего тактика.
БАХ!
— Ааа… — одними губами простонал испуганный Ронд. От удара металлическая поверхность двери вспучилась, словно была пластилиновой.
БАХ!
С грохотом дверь рухнула на землю, и три мощных фонаря, закрепленных на груди гостя прорезали поднявшуюся от падения пыль. Три ярких луча ослепили младшего тактика.
— Ааа! — заорал зажмурившийся Ронд и выстрелил. А затем еще раз. И еще.
И еще.
Он не открывал глаз, и не прекращал стрелять все то время, пока нечто тяжело шагало к нему через склад. Младший тактик Примского корпуса "Имперские Каратели" так и не посмел взглянуть на свою смерть.
Элай Ловсон
Вечер первого дня
В чем заключается вахтенная работа на планете Раздор? Стратег Элай Ловсон знал ответ на этот вопрос. Так что, если кому-то интересно, то спросите Ловсона, и он ответит, что работа на Раздоре — это непрекращающаяся битва. Битва с самым опасным и непобедимым врагом Империи Лодена. Имя которому — смертная скука.
Вахта в "Гнезде" — это месяц бессмысленного бдения посреди вонючих джунглей, в тридцати милях от славного