Библиотека

Мертвые души стр. 16

Размер шрифта
-
+
Тема
собаке. Скряга! Всех людей переморил голодом!

Чичиков . Нет, я спросил не для каких-либо... Интересуюсь познанием всякого рода мест. Прощайте. (Уходит.)

Собакевич, подобравшись к окну, смотрит.

Первый . ...Кулак, кулак, да еще и бестия в придачу!..

Занавес

Акт второй  

Картина пятая [У Плюшкина] Запущенный сад Гнилые колонны. Терраса, набитая хламом. Закат.

Первый . ...Прежде, давно, в лета моей юности, мне было весело подъезжать в первый раз к незнакомому месту. Все останавливало меня и поражало.

Теперь равнодушно подъезжаю ко всякой незнакомой деревне и равнодушно гляжу на ее пошлую наружность, моему охлажденному взору неприютно, мне не смешно, и то, что пробудило бы в прежние годы живое движение в лице, смех и немолчные речи, то скользит теперь мимо, и безучастное молчание хранят мои недвижные уста. О, моя юность! О, моя свежесть!

Слышен стук в оконное стекло. Плюшкин показывается на террасе, смотрит подозрительно.

Чичиков (идет к террасе). Послушайте, матушка, что барин?

Плюшкин . Нет дома. А что вам нужно?

Чичиков . Есть дело.

Плюшкин . Идите в комнаты. (Открывает дверь на террасу.)

Молчание.

Чичиков . Что ж барин? У себя, что ли?

Плюшкин . Здесь хозяин.

Чичиков (оглядываясь). Где же?

Плюшкин . Что, батюшка, слепы-то, что ли? Эхва! А вить хозяин-то я.

Молчат.

Первый

. ...если бы Чичиков встретил его у церковных дверей, то, вероятно, дал бы ему медный грош. Но перед ним стоял не нищий, перед ним стоял помещик.

Чичиков . Наслышав об экономии и редком управлении имениями, почел за долг познакомиться и принести личное свое почтение...

Плюшкин . А побрал черт бы тебя с твоим почтением. Прошу покорнейше садиться. (Пауза.) Я давненько не вижу гостей, да признаться сказать, в них мало вижу проку. Завели пренеприличный обычай ездить друг к другу, а в хозяйстве-то упущения, да и лошадей их корми сеном. Я давно уже отобедал, а кухня у меня низкая, прескверная, и труба-то совсем развалилась, начнешь топить – пожару еще наделаешь.

Первый . ...Вон оно как!

Чичиков . Вон оно как.

Плюшкин . И такой скверный анекдот: сена хоть бы клок в целом хозяйстве. Да и как прибережешь его? Землишка маленькая, мужик ленив... того и гляди, пойдешь на старости лет по миру...

Чичиков . Мне, однако ж, сказывали, что у вас более тысячи душ.

Плюшкин . А кто это сказывал? А вы бы, батюшка, наплевали в глаза тому, который это сказывал! Он пересмешник, видно, хотел пошутить над вами. Последние три года проклятая горячка выморила у меня здоровый куш мужиков.

Чичиков . Скажите! И много выморила?

Плюшкин . До ста двадцати наберется.

Чичиков . Вправду, целых сто двадцать?

Плюшкин . Стар я, батюшка, чтобы лгать. Седьмой десяток живу.

Чичиков . Соболезную я, почтеннейший, соболезную.

Плюшкин . Да ведь соболезнование в карман не положишь. Вот возле меня живет капитан, черт знает откуда взялся, говорит – родственник. "Дядюшка, дядюшка" – и в руку целует. А я ему такой же дядюшка, как он мне дедушка. И как начнет соболезновать, вой такой подымет, что уши береги. Верно, спустил денежки, служа в офицерах, так вот он теперь и соболезнует.

Чичиков . Мое соболезнование совсем не такого рода, как капитанское.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.