Мертвые земли стр. 25
лишь немногим, поэтому, конечно же, подвержен страху. Но несколько иначе. Телесный, животный ужас властен надо мной, как и над всеми, но математический аппарат моего мозга всякий раз включается и работает автономно, не подчиняясь химии тела, хладнокровно просчитывая варианты возможного выхода из сложной ситуации. Иной раз на это требуются доли секунды. Потом начинается действие — реализация заданного алгоритма. Я понимаю, что алгоритм спасения будет сопутствовать мне отнюдь не всегда. Узнав на смертном одре диагноз болезни, я, вероятно, с точностью до секунды сумею подсчитать оставшийся мне жизненный срок, но это уже не поможет.
— Как такое может быть?! — наскакивал на меня Вартан, словно я был непосредственным виновником происходящего. — Это невозможно!
— На вопрос «как?» я тебе ответить не могу, — сказал я. — Для этого у меня нет ни достаточных знаний, ни фактов. Могу лишь сообщить очевидное: мы находимся в другом мире и прошли сюда через некую открытую дверь. Почему она открылась — мне тоже неизвестно. Может быть, причиной тому землетрясение. Или, напротив, землетрясение стало следствием каких-то космических процессов, соединивших два мира. Но ломать голову над этим мне не хочется, нам сейчас гораздо важнее решить, что делать дальше.
— Эта дверь, — с запинкой произнес Костя, — ты не думаешь, что она может закрыться?
— Не исключено, — пожал я плечами. — Вероятность такого события пока составляет пятьдесят процентов.
— Почему пока? — спросил Вартан. — Почему именно пятьдесят?
— Потому что в данный момент о природе явления нам не известно ровным счетом ничего. Мы можем только гадать. В таких условиях любые предположения равновероятны. Например: закроется или не закроется.
— Ты такой умный! Всегда терпеть не мог умников, — пробормотал Вартан, но возбуждение его уже спало. — И что же ты предлагаешь?
— По-моему, это очевидно, — сказал я. — Отсюда нужно немедленно уходить. Мы не готовы к возможным неожиданностям. О них мы ничего не знаем. К тому же, полагаю, мы и так уже собрали немало информации.
— Ну вот, наконец-то и от Профессора я услышал разумное предложение, — воскликнул Вартан. — Надеюсь, возражать никто не собирается?
— Лично я — нет! — сказал Костя, и мы все вместе посмотрели на Игоря.
Тот застыл в какой-то странной, неудобной позе, словно внезапный паралич охватил его на первом шаге.
— Игорь! — осторожно позвал Костя.
— Я их слышу! — свистящим шепотом сказал Игорь. — Они идут сюда! Они близко, совсем близко!
У Кости отменная реакция. К тому же он единственный из нас, кто умел правильно использовать ее именно в таких ситуациях.
— Все в кусты! — скомандовал он. — Залечь и ни звука!
Он умел к тому же и отдавать команды, которые должны были исполняться немедленно. Все мы — и Ёжик в том числе — одновременно прыгнули в кустарник, повалились наземь и затихли. Две минуты тишины разделили нас, оставив каждого под лучами чужого светила наедине со своими ощущениями. Я справился с эмоциями раньше остальных, но все равно не сомневался, что обезьяна, переместившись вдруг из африканского леса на ледяной панцирь Антарктиды, чувствовала бы себя намного уверенней.
А потом мы их увидели.
Они двигались колонной, возникнув словно призраки, слепленные из клочьев тумана. Восемнадцать силуэтов (на подсчет мне потребовалось менее секунды), принимавших по мере приближения к поляне все более четкие очертания. Существа вышли на поляну, и тогда я понял,