Message: Чусовая стр. 784
и первобытно ярких недр бытия всплыли «тени забытых предков» — образы языческого Урала. Эмали Колюпановых — это бажовские сказы в живописи. Эти работы в 70-е годы XX века в художественной жизни СССР произвели настоящий фурор. Пермский поэт Владимир Радкевич писал:
Ошалев от забот и планов,Схвачен творчеством, как тоской,Живописец Степан КолюпановЗапирается в мастерской.Тучи низкие за оконцем.Но случится — и в миг единПолыхнёт нестерпимым солнцемОт железных его картин.Не хитрил художник по-лисьи,А работал, упрям и смел.И плавильные печи ЛысьвыОн в соавторы взять сумел…В мастерской картина стояла,И сквозь будничную пыльцуКаждой краской она пылала.И струились огни УралаУ художника по лицу.И страшно жаль, что до сих пор нет ни музея Колюпановых, ни зала, ни даже альбома их работ.
Ну а «вербальная основа искусства» — это литература. Многие писатели и поэты «затрагивали» Чусовую, но чтобы мощно войти в её тему… В общем, такого почти нет. Наши Федосеевы, Арсеньевы и Куваевы облюбовали более дикие места. А подавляющее большинство творческой элиты предпочитает «припадать к истокам» из кают комфортабельных теплоходов — так, чтобы восторг от Кижей или Кирилло-Белозёрского монастыря вечером был удачно подкреплён рюмочкой в салоне-ресторане. Так что тема Чусовой более-менее ярко звучит в творчестве только всё тех же «трёх богатырей»: Мамина-Сибиряка, Бажова и Астафьева.
ЧЬЯ ТЫ ТЕПЕРЬ, РЕКА ТЕСНИН?Угадайте, чьи это слова: «Река Чусовая, вероятно, будет в непродолжительном времени служить одним из любимых мест для русских туристов, учёных и художников. Немного найдётся таких уголков на Руси, где сохранилась бы во всей своей неприкосновенности суровая красота дремучего северного леса, где перед вашими глазами в такой величайшей панораме развёртывались бы удивительные картины гор, равнин и скал, где, наконец, само население, образ его жизни, историческое прошлое, нравы, условия труда, — всё было бы преисполнено такой оригинальности и своеобразной поэзии». Как современно звучит! А это цитата из очерка Д. Н. Мамина-Сибиряка «От Урала до Москвы», который написан более сотни лет назад. Даже оторопь берёт: куда же мы смотрели целый век?
Нет, Чусовая не стала рекой «русских туристов, учёных и художников». Но туризм на Чусовой имеет необыкновенно благородное происхождение.
На Чусовой побывало множество замечательных учёных: Кокшаров, Карпинский, Гофман, Мушкетов, Фёдоров, Ферсман и так далее. Почему же они не совершили здесь каких- нибудь открытий? Почему их путешествия по Чусовой так бедны результатами? А ответ прост. Потому что эти учёные бывали здесь ещё сравнительно молодыми людьми, студентами. Они приезжали сюда, как сейчас говорят, «на практику». И в среде образованной России они стали родоначальниками «научного» туризма.
Ведь туризм по его целям можно разделить на много видов: научный, познавательный, спортивный, оздоровительный, художественный, приключенческий, религиозный (паломнический) и тому подобное.
Чусовая всегда была рекой «научного», «учебного» туризма. И не только для светил учёного мира — для всех людей. Например, уже была процитирована книга А. Дмитриева, которая называется «Экскурсия учеников Нижне-Тагильского горнозаводского училища по реке Чусовой в 1908 г.». То есть подростки во главе с преподавателем путешествовали по Чусовой, изучая по пути горнозаводское дело. А сколько геологов-студентов стучало молотками по чусовским скалам! Сколько студентов-археологов обследовало древние стоянки по берегам Чусовой! В 1937 году на экскурсиях в бассейне Чусовой побывали участники XVII Международного геологического конгресса (который проходил
в Москве). В 1939 году