Месть Исард стр. 35
Было бы глупо предположить, что у них нет способов связаться друг с другом или что они не возобновят партнерство, если увидят в том взаимную выгоду. Планирование операции будет вестись в условиях жесточайшей секретности, разумеется, но не станем тешить себя уверенностью, что заткнуты все прорехи в дамбе. Мы наносим сокрушительный удар, и требуется подсчитать приемлемый уровень потерь, чтобы оценить успех или отсутствие оного.
Ведж слушал с дрожью. Умом Антиллес понимал, о чем говорит адмирал. Нельзя провести военную операцию так, чтобы стратеги первоначально не решали, сколько потребуется техники, припасов и живой силы для достижения желаемой цели. В результате все равно все сводилось к финансам. Сравнение промышленного развития осаждаемой планеты с затратами на ее захват скажет, а стоило ли вообще мучиться. Новая Республика должна остаться в прибыли либо основательно растрясти кошель Креннеля.
Но вот, когда речь заходила о живой силе, арифметика в голове Веджа перестала работать. Политики обожали рассуждать о «приемлемых потерях». Особенно часто вспоминали огромные потери Альянса в битве с новой Звездой Смерти. Мол, жертвы были принесены не напрасно. Угроза, которую представляла боевая станция такого уровня, означала, что любое жертвоприношение, любой подсчет тел были допустимы и оправданы. И никто, даже (к своему ужасу) Ведж, не сомневался в том.
Сейчас на кону стояла Лиинаде-3, которая не представляла угрозы Республике. Креннель, открыв свои владения любому, кто мечтает о тихой жизни, сделался почти что святым. Люди спросят, почему это Новая Республика кладет жизни на то, чтобы захватить мир, который никому не причинил зла, который с радостью принимает любого? Не-люди спросят, почему Новая Республика так охотно закрывает глаза на обман? И если потерь не-людей будет значительно больше, а атака к тому же провалится, обязательно предположат, что Республика сознательно послала их на смерть, одновременно заигрывая с Креннелем и поддерживая его.
Для Веджа были неприемлемы любые потери. Да, он приказывал мужчинам и женщинам, людям и не-людям, отправлял их на задания, выживание в которых ставилось под большое сомнение, и сам бессчетное число раз уходил на такие же миссии. Он никого никогда не посылал на смерть, но часто спрашивал себя, а увидит ли всех своих подчиненных, когда приказ будет выполнен.
— Новая Республика устала от войн, но никто не устает от побед, — Акбар пошевелился в кресле. — Мы потеряли многих в кампании против Трауна, десять процентов убитыми, тридцать — ранеными, но это невысокая волна. На планетах, по которым Траун действительно нанес удар, разрушения не поддаются подсчетам. Новая операция должна пройти быстро и чисто. Я считаю, что тридцать процентов потерь вполне удовлетворительная цена за победу, но хочу, чтобы она была много ниже.
Ведж мысленно перебирал имена своих пилотов. Тридцать процентов… третья часть… это же целое звено! Вероятно, двое убитых, один в лазарете. Кого я готов потерять? Новичков Слие и Затока? Или Хобби и Йансона? Что, подошла их очередь?
Тем временем адмирал-каламари что-то набирал на клавиатуре.
— На ваши персональные деки перетекает первичный план операции на Лиинаде-3. Он требует от «Освобождения» и «Лунной тени» выйти на низкую орбиту, а от «Свободы» — оставаться на границе системы. Мы ожидаем, что Креннель подготовит сюрприз. Например, подведет корабли из соседних систем. Вот тогда «Свобода» совершит прыжок туда, где