Мета III стр. 8
Паука уже не придется.
Я подлетел к Анне, которую оставил в тупичке неподалеку.
— До завтра у нас еще есть время. Слетаем, осмотрим левый берег Корсы.
— Давно порра!
— Лететь придется далеко, — повернулся я спиной. — Так что держись крепче, моя сука.
Вдруг я почувствовал, как на моем плече сомкнулись острые клыки.
— Ты что творишь?! — рявкнул я на Ищейку, прокусившую мою одежду.
— А как мне еще рреагировать! — протянула Анна с глубокой обидой в голосе, отпрянув. — Нельзя так обрращаться к девушке!
— Как? «Моя сука»?
— Да!
— Но ведь в учебнике было написано, что это слово обозначает самку семейства псовых, — заявил я недоуменно.
— Вот оно что, — подуспокоилась девушка и снова прильнула к спине. — Какой же ты все еще негррмотный Арртоф. Данное слово является еще и очень гррубым оскорблением.
— Хм, буду знать.
— Да и в любом случае не надо называть меня самкой, — буркнула Анна, застегивая ремни.
Я поддал эфира в печать, активировал Теневую вуаль и взлетел в воздух. Анна удобно устроилась сзади. С ремнями ей не требовалось за меня держаться. Мы поднялись на значительную высоту, став почти неразличимыми с поверхности даже без учета поля скрытности, после чего я выставил направление на юго-запад и активировал функцию автопилота.
— А «кобель» тоже является оскорблением? — полюбопытствовал я, вспомнив характеристику, которой меня наградила Марго однажды.
— Смотря с какой сторроны посмотреть. Но ты точно кобель!
— Что за дискриминация? Будешь называть меня кобелем, и я буду звать тебя сукой.
— Загррызу!
— Эй! Не отвлекай пилота от управления! Не то придется избавиться от буйного пассажира!
Вскоре самка собаки успокоилась и перестала кусаться и дуться. Час все еще был ранним — я поднял девушку спозаранку, так что через несколько минут Анна задремала, расслабив свои конечности и повиснув на мне безвольной, но теплой и мягкой тушкой.
Я решил начать с самой реки. Раз уж на правом берегу его видели редко, а сам Некроморф любил порыбачить, логично начинать обследование именно с главной водной артерии региона. Я старался не сильно гнать, используя наиболее эффективную скорость с точки зрения соотношения затрат эфира на пройденное расстояние. Вероятно, около сотни километров в час. Длинные крылья помогали легко держать высоту. Резерв потихоньку проседал из-за дополнительного пассажира, но медленно. Так что в подобном ритме я мог парить довольно долго.
Достаточно быстро мы со спящей Анной достигли мета-заводей и разрушенной нижней плотины молниевой станции. Из пробоины вода с шумом падала вниз. Благодаря рукотворному порогу в данном месте лед даже в такой мороз не сковал воды Корсы. Остальная часть реки была покрыта толстой коркой льда и слоем ослепительно белого снега. Морозы достигали двадцати градусов ниже ноля по местному исчислению. Звери, как и люди, старались найти себе укрытие, а некоторые, как я узнал из книг, впадали в спячку. Впрочем, то были звери до Падения. Нынешним животным благодаря мета-защите удавалось легче переносить холода. А кто из них впадал в спячку, современные исследователи точно не знали. О медвекрагах ходили лишь слухи, да одомашненные ядовитые королитки пережидали холодный сезон, окутываясь кальцитным коконом.
Используя Подзорные окуляры, я рассматривал пространство рядом с рекой на многие километры, хотя лесные исполины мешали осмотру поверхности. Эфирное зрение на большом расстоянии не дает значимого результата. Учитывая местные