Механики. Часть 51-60 стр. 204
ощущал себя помолодевшим лет на пятьдесят, но и каким-то неприкасаемым, что ли. Сейчас он был на коне, да-да, на коне. Вон, как босс и этот страшный убийца зовут его выпить с ним.
— За успех, – улыбаясь, произнёс босс и, чокнувшись с ними бокалами, залпом осушил свой – сейчас, пару минут. Я вернусь, и вы мне, вернее – вы – он ткнул в профессора пальцем, – всё расскажете. И прошу вас, Андрей Алексеевич, успокоиться, меня самого переполняют чувства и эмоции, но всё-таки постарайтесь больше не прыгать и скакать по моему кабинету.
— Хорошо.
— Если нужно, выпейте ещё, вас потом отвезут и предоставят всё, что вам нужно, – закончил олигарх и, поставив бокал на полку, вышел из кабинета.
— Ещё? – едва за ним закрылась дверь, спросил Погонщик у учёного.
— А давайте! – решился тот. Сейчас он чувствовал себя абсолютно спокойно, уверенно, даже с таким человеком, как Погонщик. Может это уже коньяк немного ударил ему в голову, может этот успех, которого они достигли, он достиг, да-да, именно благодаря ему, его знаниям, его упорству, у них всё получилось. Именно он не спал ночами, перебивался бутербродами, хотя из еды он мог получить вообще всё, что угодно. Финансирование у них было и есть просто великолепное. Хоть омаров каждый день заказывай и ешь, только работай. Нужды не было и нет, вообще, ни в чём. Залпом выпили ещё по пятьдесят капель. Всё, теперь надо успокоиться, собраться и доложить, как следует. Шеф прав, вывалил на него кучу информации, перепрыгивая с одного на другое, да и ещё по кабинету тут носился.
Андрей Алексеевич тут же вспомнил, как всё начиналось. Как он начинал, как на него вышли люди, теперь уже хорошо ему знакомого, Погонщика и предложили работу и деньги в другом, совершенно ему не знакомом институте. Он же всю жизнь бредил другими мирами, верил, что они существуют.
Другим всё это казалось бредом, фантастикой, да, отчасти это было и так. Но вся фантастика рано или поздно сбывается. Ещё когда он учился в институте и делился своими мыслями со своими сокурсниками, над ним откровенно смеялись. Никто не верил в то, что существуют другие миры, никто не верил в его идеи и мысли.
Когда он, после окончания института, устроился в институт машиностроения, а у него инженерное образование, то на несколько лет забыл про свои мысли и идеи, забыл ровно до того момента, пока на какой-то выставке не познакомился с другим учёным. Тогда сам Андрей Алексеевич был обычным инженером, но тот профессор, которого уже давно нет в живых, захватил его с головой со своими теориями и знаниями о других мирах, которые он непонятно где взял.
Они, несмотря на разницу в возрасте почти в тридцать пять лет, как-то быстро нашли общий язык и часами просиживали за разговорами о других мирах.
Тот учёный, звали его Степан Сергеевич, которого так же все коллеги считали сумасшедшим, рассказывал ему, чего он достиг. Степан Сергеевич рассказал ему, что по созданным им приборам он давно уже нащупал другие колебания во вселенной. Конечно, во всё это слабо верилось, но сам Андрей тогда ещё ему верил.
А уж когда появился