Мифы и Легенды том IV стр. 52
Я же не выдержу так долго ждать.
Я задумчиво посмотрел на него. В принципе, мы с Гвоздевым обсудили стратегию общения с моим соседом. Она состояла в том, чтобы очень аккуратно передавать ему содержание подобных вещей. Но я прекрасно понимал, что тот все равно узнает, о чем мы говорили с Императором.
— Да все нормально, — успокоил я его. — Отвалил мне твой батя «плюшек». Деньжат подбросил. Показал, так сказать, свое благоволение. А вот Годунов чуть дырку не прожег во мне.
— Приватный разговор был, значит? — кивнул Иван.
— Был, — признался я, — там про «плюшки» и сообщили.
— А с Годуновыми? И вообще, как там? Ты не удивляйся моим вопросам: веришь — ни разу не был на подобном приеме. Сначала, типа, не дорос, а потом — мое инкогнито…
Я коротко рассказал о приеме, вкратце передав беседу с Императором. Насчет Годунова распространяться не стал, как и упоминать о нашей с ним встрече в субботу. Но, как оказалось, этот пройдоха королевской крови знал о ней.
— А с Годуновым, что, встречался? — поинтересовался он, выслушав мой рассказ.
— Опять следил! — нахмурился я. — Говорил же…
— Не-не-не! — поспешно заверил меня Шуйский. — Я совершенно ни при чем! Не поверишь — случайно увидел в сводке СБ. Меня отец заставляет просматривать их регулярно в субботу. А ты маг — пятого ранга, так что имей в виду: за тобой постоянно сейчас следят — не особо, конечно, пристально, но следят. Я, вот, даже знаю, что ты во понедельник с Трубецкими встречаешься!
— Я же тебе, вроде, говорил… — поморщился я
— Не говорил! — Мой собеседник обвиняюще посмотрел на меня. — Если ты помнишь наш с тобой спор, я в этом деле вообще заинтересованная сторона. А то, что уважаемый союзник Бельских Трубецкой спит и видит, чтобы примирить тебя с дочками, это вообще не секрет…
— Ладно, черт языкастый! — проворчал я. — С Годуновым на встрече ничего особого не было. Кроме того, мы поняли, что друг другу враги, и у этого козла явно руки чесались, чтобы меня там и грохнуть в ресторане, а нельзя: папа твой не велит. Так что каждый остался при своих.
— Хм… — покачал головой Иван. — Мой отец, конечно, не велит, но это Годунов! Тем более, тут его дочка замешана…. За Варвару он кому угодно голову оторвет.
— И тебе? — усмехнулся я.
— И, думаю, даже мне, — серьезно ответил он.
— Да не собираюсь я
с ней ничего делать! — успокоил его. — Мне это надо?
— Не знаю, Веромир… — произнес Шуйский. — Надеюсь, что нет. Ладно, чую, ты устал после переговоров. Может, по сто пятьдесят? У меня бутылка десятизвездочного «Шустова» есть. Тридцать дет выдержки. — И он жестом фокусника выставил на маленький столик перед нами потемневшую от времени бутылку.
— Змей-искуситель ты! — сообщил я ему доставая бокалы
— Я такой! — улыбнулся он, разливая коньяк. — давай уже выпьем. А то твоя подозрительность уже бьет через край.
— Это не подозрительность, — возразил я, поднимая бокал, — это констатация факта.
— Не