Мифы Олимпа. От пророчеств Прометея и чар Цирцеи до Элизиума и бездны Тартара стр. 27
множество неприятностей заставили Одиссея провести в скитаниях десять лет. Один год из этих десяти он и прожил на острове Ээя. По обыкновению, заметив чужеземцев, Цирцея любезно пригласила их к себе в чертог, где угостила вином. Соратники Одиссея, ничего не подозревая, приняли угощение и под действием злого зелья позабыли цель своего путешествия. Не успели они опомниться, как Цирцея коснулась каждого из них волшебным жезлом и превратила всех в свиней. Колдовство удалось на славу, но вскоре на поиски пропавших товарищей отправился Одиссей. Цирцея приняла и его, напоила тем же вином, вот только на этот раз чары не сработали. Безуспешно пыталась она превратить Одиссея в животное: быстрее молнии выхватил он сверкающий меч и бросился на чародейку, будто бы собираясь заколоть ее прямо на месте. Тогда, испуганная и смущенная, Цирцея отступила и призналась, что никогда не встречала того, кто мог бы противостоять ее зельям. Не было ей ведомо, что прямо на пороге ее покоев Одиссея встретил Гермес и научил, как устоять перед чарами Цирцеи и устрашить ее, чтобы договориться с ней о возвращении друзей.
Одиссей взял с Цирцеи обещание не причинять ему вреда и согласился провести с ней время, после чего чародейка превратила его товарищей снова в людей. День шел за днем, а Цирцея все удерживала Одиссея, но не зельями и заклинаниями, а уговорами и лаской. Так прошел целый год, но друзья Одиссея взмолились о том, чтобы продолжать путь: все они хотели поскорее оказаться дома. Герой внял их просьбам. Он простился с Цирцеей, а та напоследок поведала ему, как попасть в царство мертвых, чтобы встретиться там с Тиресием, знаменитым предсказателем, даже после смерти не утратившим свой дар. Только он мог рассказать Одиссею о его дальнейшей судьбе и указать путь до Итаки.
Вскоре после этого у Цирцеи родился сын Телегон. Он не обладал волшебными способностями, но его судьба и без того оказалась необычной и печальной. По воле рока он снова привез Одиссея к Цирцее, но уже мертвого. Телегон по незнанию сразил своего отца копьем в битве, когда высадился на Итаку.
Образ Цирцеи, сильной волшебницы, одинокой женщины, ищущей любви, но в то же время сведущей в опасном ремесле, значительно повлиял на культуру. Обворожительную чародейку изображали на полотнах, о ней писали книги, оперы, ставили спектакли. Манящая своей загадочностью, она в то же время отталкивала безумной силой, свирепым нравом и мстительностью. И сравниться с ней в искусстве зелий и заклинаний была в силах лишь одна женщина, чья история, быть может, еще более трагична и сложна.
Медея
Медея, царевна далекой Колхиды, годами оттачивала свое волшебное мастерство. Но, в отличие от своей родственницы Цирцеи, она старалась использовать знания во благо и часто помогала чужестранцам, заплывавшим в ее страну, избежать ужасной участи – быть убитыми, согласно древнему варварскому обычаю. За то, что Медея вызволяла несчастных из заточения и нарушала законы, Ээт, ее отец, приставил к ней неусыпный надзор, опасаясь, что странное поведение дочери принесет ему неприятности. Так и произошло.
Медея. Мраморная статуя. Уильям Уэтмор Стори, ок. 1869 г.
The Metropolitan Museum of ArtОднажды, гуляя по берегу, Медея заметила на горизонте корабль. Он стремительно приближался, и вскоре можно было уже разглядеть на нем людей и услышать их странную заморскую речь. Причалив, чужеземцы сошли на берег и встретили прекрасную царевну. Медея поведала им о кровавых обычаях местных жителей. Убедившись в доброте девушки, Ясон, предводитель похода, рассказал ей, зачем они прибыли:
– На родине правит мой дядя, но законный царь – мой отец. Дядя Пелий приказал мне добыть золотое руно, и тогда он уступит трон. Поэтому я отправился на корабле «Арго» в далекий путь и прибыл сюда, чтобы забрать сокровище и доставить его ко двору Пелия.
Услышав о цели путешествия, Медея сказала, что знает, как добыть руно, и предупредила Ясона о том, что его ждут непростые испытания.
– Но я могу помочь тебе, – добавила она, чувствуя симпатию к молодому сильному воину.
– Если поможешь мне добыть руно, клянусь, я