Мифы Великой Отечественной — 1-2 (военно-исторический сборник) стр. 288
успешно оправдавшись.
Английская армия в своей долгой истории несла и более серьезные потери, но на этот раз элитная часть, состоящая из аристократов, потеряла почти половину состава за столь короткое время и без видимого результата, что вызвало немалый шок в Англии. Британские историки традиционно считают эту атаку проявлением воинского духа и героизма, выполнением долга во что бы то ни стало, несмотря на неверно понятый или переданный приказ, отечественные — бессмысленной бойней. В английском языке выражение «атака легкой кавалерии» стало нарицательным, Альфред Теннисон посвятил ей одну из наиболее знаменитых поэм. Любопытно, что его же стихи о гораздо более успешной атаке тяжелой бригады таким успехом не пользовались. Позднее этот сюжет многократно использовался в литературе и кино. Вплоть до Первой мировой войны к захоронению погибших членов легкой бригады приезжали паломники из Англии, и Уинстон Черчилль во время Ялтинской конференции также специально посетил его.
Атака австралийской легкой кавалерии во время Первой мировой войны была, как ни удивительно, куда более удачной. К 1917 г. на полях сражений властвовали шрапнель, пулемет и колючая проволока, массированно применялись танки и отравляющие газы. После самоубийственных атак начала войны, когда целые подразделения за считаные минуты выкашивались огнем скорострельных пушек, пулеметов и магазинных винтовок, кавалерия почти не применялась по прямому назначению. Но…
Английские войска в Палестине уже дважды безуспешно пытались пробиться сквозь укрепленную турецкую линию от Газы на побережье Средиземного моря до Беэр-Шевы в тридцати милях от него. Несмотря на артподготовку, фронтальные атаки пехоты на равнинной местности быстро захлебывались. В третий раз две пехотные дивизии при поддержке тяжелой артиллерии должны были атаковать укрепления Беэр-Шевы с юго-запада, а две конные (легкая кавалерия и конные стрелки — фактически ездящая пехота) дивизии обошли бы их с юга и востока. Если бы атака не увенчалась успехом в тот же день, англичанам пришлось бы отступить из-за недостатка воды. Для дезинформации противника был придуман сложный план с подбрасыванием ложного плана атаки, якобы утерянного раненым офицером патруля на виду у турок. Однако, как выяснилось после войны, эта дезинформация не удалась — турки достаточно хорошо определили реальные намерения англичан, за исключением точной даты наступления.
Утром 31 октября более ста полевых орудий и гаубиц открыли огонь по турецким позициям, тогда как двадцать тяжелых орудий подавляли артиллерию, обслуживаемую австрийцами. Пехота пошла в атаку и быстро выполнила свою задачу, ожидая соединения с кавалерией. По плану кавалеристы должны были спешиться, но на это не оставалось времени. Для атаки в конном строю была выбрана четвертая австралийская бригада легкой кавалерии. Солдаты атаковали на конях с дистанцией между эскадронами в пятьсот метров, держа штыки в руках, с ружьями на плечо.
Австрийская артиллерия открыла огонь с большого расстояния, но шрапнель была малоэффективна против разреженных боевых порядков — на дворе был уже 1917 год, а не 1914-й. Турецкие пулеметы открыли огонь с левого фланга (что могло бы причинить большие потери атакующим), но их быстро подавила приданная австралийцам конная артиллерия, тогда как стрелки не учли быстроты перемещения мчащейся конницы и не перевели вовремя прицелы на ближнюю дистанцию. Кроме того, пулеметчики и стрелки оказались шокированы неожиданным видом атакующей кавалерии. Перемахнув через линию траншей, австралийцы спешились и с тыла атаковали турок в штыки.