Библиотека

Милая Лэина в логове Змея стр. 127

Размер шрифта
-
+
Тема

долг, он крепко связал её Волю и с того самого дня продолжал затягивать этот узел. Но чем крепче была их Связь, тем сильнее становились ненависть и презрение его избранницы. И теперь, что бы он ни делал, это вызывало в ней лишь отторжение.

Этой меткой он связал не её, а себя. Он не мог отпустить, а она не хотела остаться. Но хуже всего, что Океан теперь стоял на её стороне.

Если бы Рагавурр поверил, что Океан не желал разрыва их Связи, то оказался бы достоин звания самого большого глупца во Всемории. И запрет на их поединок на самом деле не значил ровным счётом ничего. Потому что Воля Главной жрицы должна быть – и будет – свободна. Просто вместо поединка Океан уже приготовил ей иной путь.

Рагавурр со злостью сжал кулаки, впиваясь острыми когтями в ладони. Если бы… Если бы она только согласилась остаться с ним по доброй воле!

Плеск воды в комнате затих, Рагавурр тоже замер. Ещё несколько движений, звук поднявшегося и опустившегося на кровать пледа, и с рассветом Лэина наконец улеглась спать.

Подождав ещё немного, Рагавурр оттолкнулся от стены и поплыл дальше по коридору, направляясь к себе.

Глава 29

Лэина

Я лежала в кровати и слушала, как Рагавурр удаляется, уверившись в том, что я заснула.

Разговор с Веррионом не принёс мне ни радости, ни успокоения. Я гадала, знал ли мой «избранник» о кристалле Омаал Раог, спрятанном в сокровищнице Правителя, и о передающих камнях, которые были у каждого знатного рода Ругоии. Не один ли из этих камней Рагавурр уничтожил в ту ночь, когда я нашла его истекающим кровью в саду за домом?

Почему он пошёл против собственного племени для меня до сих пор было загадкой, но раз за разом я убеждалась, что он не был предан ни Ругоии, ни Правителю.

Мысль о Рагавурре снова привела меня в пещеру под скалой Маруог. Слова Верриона эхом отдавались в памяти: «А метка всё такая же яркая… Ты уже не сможешь отказать ему. Я предупреждал, не стоило впускать его так глубоко в свою душу».

И мне снова хотелось ответить ему: «Ты опоздал, Веррион. Уже тогда опоздал».

Тяжёлым грузом легло на мои плечи осознание глубины нашей Связи. Я не только не могла отказать ему, но больше и не хотела. Моё отчаянное сражение за свободу касалось лишь Воли и уже давно не имело никакого отношения к моему сердцу. Потому что сердце моё было уже не спасти. И не важно, была ли виной тому метка на моей левой ладони или что-то иное. Теперь невозможно различить, где мои истинные чувства, а где влияние Связи.

«Ох, отец, мне стоило бы вовремя прислушаться к твоим предостережениям…» – я перевернулась на бок, прикрывая глаза и надеясь заснуть, но, увы, совершенно напрасно. Мои мысли продолжали метаться, словно стая рыб, на которую напали дельфины. А я отчаянно пыталась найти выход из безвыходного положения.

Любить Морского змея – немыслимо, но неизбежно. И в то же время невыносимо. Его холодную расчётливость, его равнодушие я никогда не смогла бы принять. Если бы… Если бы он только ответил на эти чувства взаимностью!

Сердце сжалось в моей груди: даже его взаимность

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.