Милая Лэина в логове Змея стр. 133
все оставшиеся силы.
Как только кнут коснулся поверхности кристалла, тот вспыхнул ярко-лазурным светом, и Воля, собранная и хранившаяся в чашах Омаал Раог, полилась наружу. Расползаясь по полу, она искала себе новый сосуд, но вместо него нашла меня. Мои ноги обдало жаром, и такая знакомая боль, словно я снова оказала на обряде у Диких, сантиметр за сантиметром поджигала моё тело, а вместе с ним браслеты и колье, раскалившиеся и опаляющие кожу.
Хватая воду ртом, я опустилась на пол, стаскивая с себя украшения Мэгирр. Когда последний браслет со звоном ударился о камни, я устало прикрыла глаза, и моё сознание ускользнуло.
Глава 30
После очередного удара каменная дверь крупными обломками посыпалась на пол, и горячая вода из сокровищницы причудливыми узорами стала смешиваться с прохладной из коридора.
– Дьявол! – воскликнул Рагавурр, почувствовав жар на коже. Он взмахнул рукой и направил холодный поток к бездвижному телу Лэины, надеясь, что ещё не опоздал.
Не обращая внимания на обжигающие касания воды, он ринулся вперёд и прижал трясущуюся руку к шее избранницы.
– Хвала Океану, ты жива!.. – он подхватил её на руки, и что-то тяжёлое упало на каменный пол.
Кинжал Отказа приземлился рядом с украшениями Мэгирр. Потоком воды Рагавурр поднял и их, и кинжал и поспешил к выходу.
Миновав вторую дверь, им же недавно разнесённую вдребезги, он свернул на первой же развилке, уплывая дальше от выхода из лабиринта. Так, петляя, он доплыл до коридора с глухой стеной. Там, где кладка стены казалась менее надёжной, Рагавурр опустил Лэину на пол, накрыл её защитным куполом и, сформировав в руке копьё, удар за ударом начал расшатывать камни.
Когда образовавшаяся в стене дыра стала достаточно большой, он вынес Лэину на улицу и оглянулся, ища глазами стражей. Но нарушителей ждали вовсе не здесь, а у единственного выхода, ведь до этого ни один Оиилэ не проходил сквозь глухие стены лабиринта.
Рагавурр плыл вдоль дна, избегая открытых пространств, и остановился лишь у защитного купола, которым дворец успели накрыть после его вторжения в сокровищницу. Купол, наверняка, возведённый лучшими стражами Правителя, для него оказался слишком слаб и рассыпался уже после второго удара.
От дворца свернув налево, на небольшую улочку, идущую меж магиу, Рагавурр поплыл к скале Маруог.
По трущобам на этот раз он передвигался тихо – чем позже их заметят, тем лучше. Но в столь поздний час по меньшей мере один житель района бедняков совершенно точно не спал – Веррион, уже в походной одежде и с небольшой сумкой, повязанной на бёдрах, встретил их у дверного проёма.
– Она жива, – бросил Рагавурр на ходу, проплывая мимо взволнованного жреца и укладывая Лэину на кровать.
Жрец достал из кармана молочный лунный камень. Приложив его ко лбу девушки, он произнёс: «Иррэ Маал», – и комната озарилась ярким светом.
– Её переполняет Воля, – Веррион убрал камень.
– Ещё бы! Она опустошила Омаал Раог.
– Раз она выжила, бояться нечего.
– Разбуди её, – Рагавурр присел рядом с ней на кровать.
Веррион нахмурился, поглядывая на девушку.
– Нет времени, жрец. Быстрее!
Веррион прошептал заклинание на первозданном Оагин Эёл, и, поморщившись, Лэина приоткрыла глаза.
– Как ты себя чувствуешь, дитя? – жрец склонился над ней, всматриваясь в её бледное лицо.
– Лучше, чем ожидала, – она приподнялась на