Библиотека

Миллион черных роз стр. 53

Размер шрифта
-
+
Тема

следователь Крачкин.

— Кто?

— Следователь Крачкин, Василий Терентьевич, комната триста пятьдесят восемь. Паспорт не забудьте!

— Благодарю за заботу! — фыркнула Лола. — Вы очень любезны.

— Да, и вот еще что, — голос стал более ехидным, — я тут у ваших театральных коллег выяснял… вы всегда опаздываете. Так вот, не вздумайте такое сделать завтра! Следователь Крачкин этого очень не любит! Так что попросите своего сожителя, чтобы пораньше вас разбудил!

— Нахал… — удивленно сказала Лола, но в трубке мобильника уже раздавались короткие гудки.

— Ну что? — Маркиз стоял в дверях ванной и старательно отводил глаза от Лолиной голой груди. — Кто это звонил?

— Это звонил капитан Сойка, — промурлыкала Лола, — сообщил, что мне надо прибыть завтра утром к следователю Крачкину. И еще знаешь что, Ленечка? Кажется, он ревнует меня к тебе.

Лола отдала мобильник разинувшему рот Лене и с головой ушла под воду.

Дверь кабинета оказалась открытой. Лола вошла внутрь. Возле входа стоял огромный стеллаж с папками и скоросшивателями, отгораживавший от нее остальную часть комнаты и создававший что-то вроде прихожей.

— Кто там скребется? — послышался из-за стеллажа бравый офицерский голос. — Заходьте внутрь, не стойте на пороге!

Лола послушалась и прошла в кабинет следователя.

Честно говоря, она несколько иначе представляла себе это помещение.

Здесь, конечно, был письменный стол — точнее, целых два, но в остальном эта комната напоминала скорее не кабинет, а помесь гаража и мастерской — то ли столярной, то ли слесарной. В одном углу была свалена груда аккуратных деревянных дощечек и реечек, из-под которой выглядывала коробка гвоздей и новенькая ножовка с ярко-оранжевой пластмассовой ручкой.

В другом углу красовалось самое настоящее автомобильное колесо, а к нему прислонился явно не новый автомобильный же аккумулятор. Прочих мелких частей и деталей от машин и механизмов в кабинете было множество, но Лола не имела понятия, как они называются.

Довершали интерьер кабинета двое людей, судя по всему, деливших этот кабинет в служебные часы.

Один из них сидел за письменным столом, на полметра заваленным картонными папками и яркими глянцевыми пакетиками, в которых, судя по картинкам, находились семена овощей и цветов. За спиной огородника к стене был пришпилен цветной плакат воспитательного содержания. На плакате красивый кудрявый молодой человек образца пятидесятых годов тянул руку к хрустальной рюмке, до краев наполненной недвусмысленной прозрачной жидкостью. Крупная надпись в верхней части плаката состояла всего из одного слова:

«Остановись!»

Но в самом низу плаката было приписано красным фломастером остроумное продолжение:

«Мгновенье, ты прекрасно!»

Внешний вид огородника, сидевшего под этим многозначительным плакатом, говорил о том, что он разделяет нравственный пафос высказывания. Маленькие серые глазки были излишне оживлены, движения несколько суетливы, а физиономия была слишком красной для данного времени года и данной части суток. В остальном внешность огородника была весьма заурядна — невысокий крепенький упитанный бодрячок лет около сорока с неровно подстриженными темно-русыми волосами, которые он то и дело взъерошивал короткопалой пятерней.

Субъект, занимавший второй стол, был полной ему противоположностью. Очень худой и очень длинный, он едва умещался за своим девственно чистым столом, на котором находилось единственное украшение — модель автомобиля «Жигули» в масштабе примерно один к пятидесяти. Волосы этого автомобилиста были тщательно прилизаны и даже как бы приклеены к черепу, он то и дело облизывал

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.