Миндальное сердце стр. 39
друга. Внезапно до меня дошло, что каждый из нас не понимает, о чем говорит ему другой.
– Ну как же, – не понял я. – Ты же забрала себе дракончика.
– Очнись! – сказала Бие. – Ты мне сам его отдал.
Внезапно выражение лица Бие поменялось. Она уже не казалась счастливой или растерянной. Теперь она выглядела не на шутку сердитой!
Я попытался припомнить тот день. Я достал дракончика из кармана и отдал ей. Она схватила его и убежала.
Должно быть, действительно не очень понятно, кто кому дал, а кто у кого взял.
– Но вы с Хьюго… – неуверенно начал я.
– Не оправдывайся, – строго сказала Бие. – Лучше скажи, кто такая эта Амелия?
– Амелия? – переспросил я. – А при чем здесь она?
– Ты, наверное, думал, что я ничего не замечаю, – бросила на меня гневный взгляд Бие. – Но я, вообще-то, не слепая и все вижу. Ты мне лгал, когда говорил, что идешь покупать ботинки. И лгал там, у Хьюго дома, когда выходил на лестницу, чтобы ответить на звонок. Это вовсе не мама тебе звонила. Да! Иначе с чего бы у тебя так щеки покраснели?
– Ох, – только и смог вымолвить я, пытаясь понять, что же на самом деле имеет в виду Бие.
Она же не поверит мне, если я скажу ей, что звонил собаке. Она подумает, что я совсем… того.
Бие опустила голову и сжала кулаки. Потом снова посмотрела на меня, и я увидел, что она уже не выглядит сердитой. Глаза блестели от слез, а рот плаксиво искривился.
– Но… – начал было я и понял, что не знаю, что говорить дальше.
– Если ты влюбился в нее, то ты должен был сразу мне об этом сказать, – произнесла Бие. – Просто отдать подвеску и уйти – подло. Так только трусы поступают.
– Влюбился? – глупо переспросил я.
Ситуация становилась все более странной.
– Я видела твою тетрадь по математике, – прошептала Бие. – Ты написал на обложке ее имя и пририсовал сердечко.
Я разинул рот. Мысли с бешеной скоростью закрутились в моей голове, и наконец все кусочки мозаики встали на свои места. Лед в животе вдруг растаял. Я почувствовал, как из меня наружу рвется смех, и уголки рта сами собой поползли вверх.
– Кто она? – строго спросила Бие. – Я проверила по списку учеников. Никаких Амелий в нашей школе нет.
– Бие, – сказал я, едва сдерживая смех. – Амелия – это собака.
Солнце и мороженое
Бие сбегала на кухню и принесла два мороженых, и мы уселись на лестницу у входа в ресторанчик. Весело светило солнце, и Бие протянула мне один стаканчик.
– Клубничное – тебе, шоколадное – мне, – сказала девочка и улыбнулась чуть смущенной улыбкой. Она по-прежнему выглядела немного сердитой и в то же время чуть грустной.
Но пока мы сидели и лопали мороженое, я Бие все рассказал. Про похороны Снутте и про кокер-спаниеля по кличке Амелия. Я рассказал ей про то, что родители относятся ко мне несерьезно и что, когда я говорил, что иду покупать ботинки, на самом деле я шел купить поводок, потому что я собирался гулять с ним, чтобы доказать, что смогу сам позаботиться о собаке.
Пока я рассказывал, Бие внимательно меня слушала, уплетая мороженое. И спустя некоторое время я увидел, что