Мир иной стр. 27
случилось! Надо достать веревку, я спущусь вниз… Мы должны ему помочь, — волнуясь, сказал Петя.
— Не думаю, чтобы здесь была какая-то ловушка, — возразил Берсеньев. — Может быть, там длинные переходы. Андрей, наверное, ищет мальчика.
— А вдруг он заблудился?
— Тогда спустимся мы. А пока подождем.
Прошло еще минут пятнадцать, в течение которых Петя пятнадцать раз порывался спрыгнуть вниз. Берсеньев удерживал его. Наконец послышались далекие голоса. Именно голоса, а не один голос. Кто-то разговаривал внизу, приближаясь к люку. Тут даже спокойный Берсеньев не выдержал и, нагнувшись над люком, закричал:
— Андрей! Это вы, Андрей?
— Ого-го! — донеслось снизу. — Это-о мы-ы!
— Нэнэ! — крикнул Петя и так стремительно сунулся в нишу, что не свалился вниз только благодаря Берсеньеву, вовремя схватившему его за куртку.
— Ого-го! — донесся снизу уже ясно и отчетливо голос Майгина.
— Ого-го! — повторил за ним звонкий мальчишеский голос.
И в ту же минуту Берсеньев с Петей увидели внизу Майгина, а рядом с ним маленького ламута. Нэнэ вертел головой, заглядывая наверх, и скалил зубы.
— Жив, чертенок! Вот он! — крикнул Майгин. — Но как тут эта штука наверх поднимается? Понятия не имею.
Он ступил на площадку «лифта» и вдруг заметил, что она сама очень медленно поползла вверх.
— Нэнэ! Сюда! — крикнул Майгин.
Схватив за руку мальчика, он едва успел втащить его к себе.
Когда они поднялись наверх и Петя от избытка чувств заключил Нэнэ в объятия, Майгин сказал:
— Да, далеко он запрятался. Если бы не призраки хозяев этого дома, черта с два мы нашли бы его.
— Но у него чудесный вид! — сказал Петя. — А я думал, что он уже давно с голоду умер.
— А зачем ему было умирать, если он попал как мышонок в головку сыра! Там харчей лет на двадцать хватит, — смеясь, сказал Майгин, похлопывая Нэнэ по щеке, когда-то бледной и дряблой, а сейчас пухлой и румяной. — Ишь, какую рожу нажил на чужих хлебах, поросенок!
Майгин вывернул карманы у Нэнэ,
и оттуда посыпались разноцветные кубики и шарики, похожие на конфеты.
— Мой сахар! — крикнул Нэнэ и, отстранив руку Майгина, принялся собирать с полу свое лакомство.
— Карош сахар… Кушай, — сказал он, протягивая Пете «конфету».
Петя нерешительно взял ее и стал разглядывать.
— Это что, конфеты? — удивленно спросил он.
— Не знаю, — сказал Майгин. — Если это даже и конфеты, то Нэнэ они, во всяком случае, спасли от голодной…
Он не докончил фразы. Берсеньев крепко сжал его руку. Майгин оглянулся. На пороге комнаты стоял высокий человек весьма дикой наружности, с тяжелым охотничьим ружьем за спиной.
Охотник с интегралами
Высокий человек с ружьем молча разглядывал геологов и маленького ламута. Взгляд его блестящих черных глаз был холоден, жесток.
— Кто вы такие? — резким, хрипловатым голосом спросил он.
В первое мгновение всем, даже Нэнэ, показалось, что перед ними хозяин дома, в который они непрошенно вторглись, — так властно и нетерпеливо прозвучал вопрос.
Майгин переглянулся с Берсеньевым и сказал:
— Мы петербургские геологи. Случайно обнаружили в земле этот… город и вот… изучаем его.
Наступила небольшая пауза, в течение которой геологи уже спокойнее и внимательнее оглядели незнакомца. На нем был кожаный, порядком изодранный костюм, высокие охотничьи сапоги и широкополая грязная шляпа. Тяжелый пояс-патронташ чуть отвисал на животе, за плечами висел рюкзак. Человек этот давно