Мирные действия стр. 227
чтобы сопоставить два тесно взаимосвязанных голосования. Пометьте цветом место каждого Округа – скажем, красным «нет», зеленым «да», а места тех, чью позицию вы не знаете или кто колеблется, оставьте незакрашенными. А затем сложите листы вместе. – Майлз высыпал на стол пригоршню ярких фломастеров. – Того графа, где цвет совпадет – два красных или два зеленых – вы игнорируете. Либо он вам не нужен, либо у вас нет рычага для воздействия на него. А два пустых квадрата, или цвет плюс пусто, или красный с зеленым – вот на лоббировании этих людей и сосредоточьте свои усилия.
– А-а, – сказал Рене, взял два маркера и, склонившись над столом, принялся раскрашивать схему. – Как изящно просто. А я всегда пытался сделать это в уме.
– Как только речь заходит о трех-пяти связанных между собой голосованиях, по шестьдесят человек в каждом, ни в какой голове удержать это невозможно.
Доно, задумчиво поджав губы, заполнил около дюжины квадратов и придвинулся поближе к Рене, чтобы списать у него остальные имена соответственно местам. Айвен отметил, что Рене раскрашивает схему очень тщательно, аккуратно зарисовывая каждый квадратик, а Доно – небрежными, широкими, быстрыми штрихами. Закончив, они наложили один лист на другой.
– Бог ты мой, – сказал Доно. – Да они просто в глаза бросаются, а?
Понизив голоса до шепота, они принялись выявлять в списке необходимых им людей. Айвен стряхнул крошки пирожного со своих форменных брюк. Байерли постарался мягко подсказать пару небольших поправок к расстановке закрашенных и пустых квадратов, основываясь на впечатлениях, полученных им – абсолютно случайно, не сомневайтесь – за время пребывания в обществе Ришара.
Айвен вытянул шею, подсчитывая одинарные и сдвоенные зеленые отметки. – Пока у вас не выходит, – сказал он. – Как мало голосов ни получат Ришар с Сигуром, кто бы из их сторонников ни отсутствовал в этот день, но у каждого из вас должно быть абсолютное большинство в тридцать один голос, а то вы не получите ваши Округа.
– Мы над этим работаем, Айвен, – ответил Майлз.
По искрящемуся взгляду и пугающе энергичному выражению лица своего кузена Айвен понял, что тот неудержимо рвется вперед. И наслаждается этим. Интересно, не пожалеют ли когда-нибудь Грегор с Иллианом о том дне, когда оторвали Майлза от любимых галактических операций и привязали к дому. Нет… как быстро они об этом пожалеют.
К ужасу Айвена, палец его кузена опустился на пару пустых клеток – а Айвен-то надеялся, что Майлз их проглядит.
– Граф Форпатрил – сказал Майлз. – Ага! – И улыбнулся Айвену.
– Чего ты
на меня смотришь? – вопросил Айвен. – Можно подумать, мы с Фалько Форпатрилом приятели-собутыльники. Если честно, в последний раз, когда мы со стариком виделись, он выговорил мне, что, мол, я безнадежно легковесен и довожу до отчаяния свою мать, его самого и всех прочих чудаков-Форпатрилов. Ну, на самом деле он сказал не чудаков, а благоразумно мыслящих. Что одно и то же.
– О, Фалько находит тебя вполне забавным, – безжалостно опроверг Майлз личный опыт своего кузена. – Отсюда следует, что тебе не составит проблемы привести к нему Доно. И пока вы будете там, ты сможешь замолвить пару слов и за Рене.
Так и