Мирные действия стр. 256
руках свахи…
Графиня продолжала: – А по поводу последнего… Гм. Обсуждал ли кто-нибудь с вами финансовое положение Марка? Карин, сам Марк… или Эйрел?
Па покачал головой. – Я думал, он обанкротился. Полагаю, семья выделила ему содержание, как любому другому форскому отпрыску. И он его промотал – как типичный форский отпрыск.
– Я не банкрот, – энергично возразил Марк. – У меня временная проблема с наличностью. Когда я рассчитывал бюджет на этот период, то не ожидал, что начну посередине него новое дело.
– Другими словами, ты разорен, – сказал Па.
– Вообще-то, – произнесла тетя Корделия, – Марк на полном самообеспечении. Свой первый миллион он сделал на Архипелаге Джексона.
Па открыл было рот и снова его захлопнул. Он кинул на хозяйку дома недоверчивый взгляд. Карин понадеялась, что ему не придет в голову поинтересоваться в подробностях, каким это способом Марку так повезло.
– Марк вложил эти деньги в интересный спектр более или менее рассчитанных на получение быстрой прибыли предприятий, – любезно продолжала тетя Корделия. – Семья поддерживает его – я сама только что приобрела несколько акций его дела по производству жучьего масла – и мы всегда поддержим его в случае необходимости, но в содержании Марк не нуждается.
Похоже, у Марка такая материнская защита вызывала одновременно благодарность благоговейный трепет, словно… ну, так… словно никто и никогда раньше такого не делал.
– Если он такой богатый, почему он платит моей дочери долговыми расписками? – потребовал Па. – Почему он не может просто изъять оттуда часть денег?
– До конца периода? – произнес Марк с настоящим отвращением. – И потерять все проценты?
– И вовсе это не долговые расписки, – сказала Карин. – Это акции.
– Марку не деньги нужны, – сказала тетя Корделия. – Ему нужно то, что, как он знает, за деньги не купишь. Счастье, например.
Озадаченный, но готовый уступить Марк предложил: – Значит… они хотят, чтобы я заплатил за Карин? Вроде приданого? Сколько? Я…
– Нет же, кретин! – в ужасе заорала Карин. – Здесь тебе не Архипелаг Джексона… и нельзя купить или продать человека. И вообще, приданое – это то, что семья девушки отдает парню, а не наоборот.
– Это выглядит совершенно неправильным, – сказал Марк, наморщив лоб и обхватив рукой подбородок. – Отсталым. Ты уверена?
– Да.
– Меня не волнует, что у этого парня миллион марок… – начал Па твердо и, как Карин показалось, не совсем искренне.
– Бетанских долларов, – рассеянно поправила тетя Корделия. – Джексонианцы настаивают на расчетах в твердой валюте.
– Галактический курс барраярской имперской марки устойчиво растет со времен войны в Ступице Хеджена, – принялся объяснять Марк. В прошлом семестре он писал на эту тему научный доклад; Карин помогала его вычитывать. Наверное, он мог бы говорить на эту тему пару часов подряд. К счастью, поднятый палец тети Корделии остановил этот угрожающий поток нервозной эрудиции.
Папа и мама, казалось, запутались в собственных вычислениях.
– Хорошо, – снова начал Па, чуть менее твердо. – Меня не волнует, что у парня четыре миллиона марок, меня волнует Карин.
Тетя Корделия задумчиво сложила домиком указательные пальцы. – Так что же ты хочешь от Марка, Ку? Хочешь, чтобы он предложил жениться на Карин?
– Кхм, – выговорил