Библиотека

Мирные действия стр. 37

Размер шрифта
-
+
Тема

героической гибели под огнём цетагандийцев в сражении в Ступице Хеджена десять лет назад. Менее года спустя старый граф Форбреттен умер: как говорили – от печали из-за гибели любимого старшего сына. Рене был вынужден отказаться от перспективной военной карьеры и принять на себя обязанности графа своего округа. Три года назад – после бурного краткого романа, за которым с восторгом следила вся Форбарр-Султана – он женился на прекрасной восемнадцатилетней дочери состоятельного лорда Форкереса. Каждому своё, как говорится в провинции.

– Да, – произнес Грегор, – и да, и нет. Гм…

– Гм – что?

Леди Элис вздохнула: – Граф и графиня Форбреттен, решив, что пришло время выполнить свой семейный долг, очень разумно решили использовать маточный репликатор для своего первого сына и откорректировать все возможные дефекты ещё в зародышевой клетке. Для чего они, разумеется, полностью прошли генсканирование.

– У Рене обнаружили мутацию? – удивлённо спросил Майлз. Высокий, привлекательный, атлетичный Рене, который в совершенстве говорит на всех четырёх языках, чей прекрасно поставленный баритон заставляет таять женские сердца и располагает к нему мужчин, который прекрасно владеет тремя музыкальными инструментами и обладает великолепными способностями к пению? Рене, заставляющий Айвена скрипеть зубами от явной белой зависти?

– Не совсем, – сказала леди Элис, – если не считать дефектом одну восьмую крови

цетагандийских гем-лордов.

Майлз так и сел. – Ой, – переварил он эту новость. – Как это случилось?

– Ты, конечно, можешь подсчитать, – прошептал Айвен.

– А по какой линии?

– По отцовской, – сказала леди Элис. – К несчастью.

Правильно. Дед Рене, седьмой граф Форбреттен, действительно родился в середине периода цетагандийской оккупации. Форбреттены, как и многие барраярцы, делали что могли, чтобы выжить… – Значит, прабабушка Рене сотрудничала с оккупантами. Или… нечто ещё омерзительнее?

– Вряд ли, – сказал Грегор, – поскольку Имперская Безопасность раскопала некоторые сохранившиеся документы; из них явствует, что это была скорее всего добровольная и длительная связь с одним – или несколькими – высокопоставленными гем-офицерами, находящимся в их Округе. В этом случае нельзя сказать, была ли это любовь, личный интерес или попытка расплатиться за покровительство её семье той единственной монетой, какая у неё была.

– Может быть, и все три причины сразу, – сказала леди Элис. – Жизнь в оккупированной зоне нелегка.

– В любом случае, – сказал Грегор, – кажется, это не было насилием.

– Слава богу. И, э-э, вы узнали, кто из гем-лордов был предком Рене?

– Теоретически можно послать его генетическую карту на Цетаганду и выяснить это, но насколько я знаю, они пока на это не решились. Это скорее академический вопрос. Что… что имеет практическое значение, так это то, что седьмой граф Форбреттен – не сын шестого.

– На прошлой неделе в Генштабе его обозвали Рене ГемБреттен, – ляпнул Айвен. Грегор скривился.

– Я изумлён, что Форбреттены позволили этой информации просочиться наружу, – заметил Майлз. – Их предал доктор или медтехник?

– М-м, всё случилось так же, как бывает со сплетней, – сказал Грегор. – Они и не собирались раскрывать это. Но Рене сказал своим сёстрам и брату – решил, что они имеют право знать, – а молодая графиня сказала своим родителям. И оттуда… ну, в общем, кто знает. Но этот слух в конечном итоге

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.