Мирные действия стр. 71
вызывает припадки по его желанию, а не беспорядочно. – Она спросила себя, сам ли он вызвал вчерашний припадок по медицинским показаниям или снова слишком затянул с этим и перенес более серьезный спонтанный приступ. Он утверждал, что научен горьким опытом, но…
– Он почему-то забыл посвятить меня в эти запутанные подробности, – пробормотал лорд Марк. Странно несерьезная усмешка осветила его лицо и пропала. – Он рассказал вам, как он их заполучил?
Он глядел на нее со все большим вниманием. Она попыталась найти верное соотношение правдивости и разумной осмотрительности.
– Дефект крио-разморозки – он мне так сказал. Я однажды видела шрамы от иглогранаты на его груди. Ему повезло, что он остался жив.
– Ха. А упоминал он при этом, что нарвался на эту гранату в попытку спасти мою жалкую задницу?
– Нет.., – Она заколебалась, видя как вызывающе он вздернул подбородок. – Я не думаю, что он намерен много рассказывать о своей бывшей карьере.
Марк тонко улыбнулся и побарабанил пальцами по комму.
– У моего брата, знаете ли, есть такая нехорошая маленькая привычка – редактировать свою версию действительности в соответствии со слушающей его аудиторией.
Она могла понять, почему лорд Форкосиган не хотел показывать никакой слабости. Лорд Марк действительно чем-то рассержен? Почему? Она постаралась найти чуть более нейтральную тему.
– Вы называете его своим братом, а не родителем?
– В зависимости от настроения.
Тут разговор оборвался – появился предмет их обсуждения. Лорд Форкосиган был облачен в один из своих выходных серых костюмов, полуботинки начищены, аккуратно причесанные волосы еще влажны, а от разгоряченной душем кожи исходил слабый аромат одеколона. Такому щеголеватому впечатлению бодрой утренней энергии, к сожалению, противоречили посеревшее лицо и опухшие глаза; общий эффект был как будто оживший труп оделся для вечеринки. Он послал жуткую улыбку в сторону Катерины, подозрительно покосился на своего клон-брата и рухнул в стоящее между ними кресло.
– Уф, – произнес он.
Он выглядел ужасающе точно так же, как тем утром на Комарре, разве что сейчас не было ни кровоподтеков, ни ссадин.
– Лорд Форкосиган, вам не стоило этого делать!
На ее слова он ответил лишь слабым движением пальцев, которое можно было толковать и как согласие, и как опровержение. Вслед за Майлзом в комнату вошел Пим, в руках у него был поднос с кофейником, чашками и плетеной корзинкой, накрытой яркой тканью, из-под которой доносился соблазнительный аромат теплого пряного хлеба. Катерина зачарованно наблюдала, как Пим налил первую чашку и вложил ее в руку своего лорда. Лорд Форкосиган потянулся, вздохнул, – это было похоже на его первое дыхание за сегодняшнее утро – отпил несколько маленьких глотков, поднял глаза и моргнул. – Доброе утро, мадам Форсуассон, – его голос был так глух, будто доносился из-под воды.
– Доброе утро – ох… – Пим налил ее чашку прежде, чем она успела отказаться. Лорд Марк выключил комм-консоль с диаграммами и положил себе в чашку сахар и сливки, рассматривая брата-родителя с явным интересом. – Спасибо, – ответила Катерина Пиму. Она надеялась, что Форкосиган первым делом, пока еще не спустился, принял свое болеутоляющее – она могла это почти точно заключить по тому, как быстро улучшается цвет его лица и более легкими делаются движения.
– А вы рано