Миры Клиффорда Саймака. Книга 6 стр. 723
что считается их языком. Насколько мне известно, никто в них по-настоящему не верил. Потом я натолкнулся на тот манускрипт с рассказом старого путешественника…
— И решил увидеть все собственными глазами, — закончила Мэри. — Ну и что же в этом плохого?
— Ничего, пока все касалось меня одного. Если бы отшельник не умер и не передал Джибу перед смертью топорик! Если бы Джиб не спас меня от волков, если бы Хэл не был лесовиком и другом Джиба, если бы Плакси не выковал колдовской клинок! Если бы ничего подобного не случилось, то все обернулось бы иначе…
— Что случилось, то случилось, — проговорила Мэри. — В конце концов, сложись все по-другому, мы бы не встретились. Ты не имеешь права винить себя, потому что ни в чем не виноват; к тому же, взваливая выдуманную вину на себя, ты обижаешь своих товарищей. Мы все пошли за тобой по доброй воле. Никто из нас не жалеет о своем поступке.
— А Плакси?
— Ты про то, что он постоянно ноет? У него такой характер, такая манера себя вести. — Девушка положила голову на плечо Корнуоллу. — Брось, Марк. Мы пойдем дальше и найдем Древних, и все будет в порядке. Мы можем даже отыскать моих родителей или хотя бы что-то узнать о них.
— Пока их следы
нам не попадались, — сказал Корнуолл. — Наверно, следовало расспросить тех обманщиков из замка, но мы были настолько заняты, что ни на что другое не отвлекались. Вот здесь я виноват точно. Мне надо было поговорить с ними.
— Я спрашивала у них, — прошептала Мэри. — У этого грязного типа с лисьей физиономией.
— И что?
— Родители останавливались в замке, провели в нем несколько дней. Замок окружали псы, но родителей они не тронули. Подумай, Марк: двое людей прошли с миром по Выжженной Равнине, и псы пропустили их. Они где-то впереди — вот почему я хочу продолжать путь.
— Ты не говорила, что спрашивала о них.
— Выражаясь твоими словами, «вы были заняты».
— Они шли с миром, — произнес Корнуолл. — Удивительные, должно быть, люди. Что же в них… Ты помнишь их, Мэри?
— Смутно, — ответила девушка. — Но стоит мне подумать о матери, я сразу ощущаю покой и словно вижу перед собой неземную красоту. Я помню ее лицо, вернее, не лицо, а тень лица на фоне какого-то сияния. Отец… Нет, его я забыла. Я люблю их, но не могу вспомнить, за что. Красота и покой — и все.
— Ты в Пустынном Краю, — сказал Корнуолл. — Много миль пройдено, не меньше осталось, еда почти вся вышла, платье — одно на все случаи.
— Я там, где хотела оказаться, — возразила Мэри, поднимая голову.
Он взял ее лицо в свои ладони и нежно поцеловал девушку в губы.
— Рог единорога подействовал, — сказал он. — Оливер, чтоб ему пусто было, не соврал.
— Ах вот о чем ты думаешь!
— Да. Так как насчет рога? Может, ты потеряешь его или выкинешь?
— Посмотрим, — прошептала Мэри, соскальзывая с камня в его объятия.
Глава 34Они столкнулись с Древними уже в горах. Взобравшись на крутой гребень, разделявший две долины, они очутились лицом к лицу с теми, кого так долго искали. И те и другие застыли в изумлении на расстоянии каких-нибудь трехсот футов друг от друга.