Библиотека

Мишка и Трубочист стр. 40

Размер шрифта
-
+
Тема

как-то сразу со всем разобралась, и вот уже мясо пеклось в духовом шкафу, а на варочной панели шкварчали на сковороде грибы и поспевала молодая картошечка. А Мишель, стоя у разделочного стала, ловко рубила зелень.

Михаэль сидел в сторонке, явно любуясь, как она крутится с готовкой.

- Я могу помочь, - предложил он в самом начале.

Но Мишель отмахнулась, не забыв, конечно, поблагодарить.

Не любила она, когда под рукой кто-то крутился. И трубочист сразу это понял, предоставив ей единолично царствовать на кухне, но сам не ушел, нет. Сидел и смотрел. Улыбался довольно. То ли от того, что ему нравилось наблюдать, как

она хозяйничает, то ли в предвкушении вкусного ужина.

- Ты не передумала пойти на прогулку?

- Нет, - отозвалась Мишель, смешивая тесно для яблочного пирога. – А ты?

- Знаешь, я вот смотрю на все это, - он обвел рукой кухню, - и понимаю, что после такого стола, мне будет остро необходима длительная прогулка.

А вечером пошел снег. Не просто мелкий новогодний снежок, а настоящая метель. И надо ли говорить, что ее опять упаковали в мужскую дубленку? И про шапку, шарф и варежки въедливый трубочист тоже не забыл.

Он водил Мишель по Старому городу, держа за руку, как ребенка. Рассказывал об истории города, показывал интересные места, поил глинтвейном.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Этого глинтвейна она за день выпила столько, сколько не пила за всю свою жизнь. Вообще, Мишель была абсолютно равнодушна к этому напитку, но в Таллинне пристрастилась.

Крепкий, горячий, с нотками корицы, гвоздики и мускатного ореха, с кусочками яблока и апельсина, он не только прекрасно согревал на холоде, но и замечательно поднимал настроение. И Мишель с удовольствием его пила. Пока не ощутила, что язык стал как-то подозрительно заплетаться.

- Так о чем ты думала в машине? – неожиданно спросил Михаэль. – Когда хмурилась.

Нет, это ответила не она. Это все глинтвейн, будь он неладен. А еще сказочное настроение и просто какой-то волшебный мужчина рядом. Все вместе взятое сделало свое грязное дело, и вместо того, чтобы озвучить заранее подготовленный ответ, она сказала правду.

- Я думала о том, что хочу тебя поцеловать, - выдохнули ее губы сами собой, без участия мозга.

И правильно, зачем ей вообще этот мозг. Ну, его, право слово!

- А хмурилась почему? – продолжил допытываться трубочист. – Что плохого в твоем желании?

- А хорошего, что? – задала она встречный вопрос.

- Поясни.

Мишель усмехнулась. Это она охотно, пояснит  ему, если он в самом деле, не понимает. А он, похоже, и правда не понимает. Мужчина, что с него взять.

- Сначала поцеловать, потом остаться на несколько дней, - начала перечислять. – Следом завтрак приготовить, рубашку погладить.

- И что?

- Вот так незаметно, незаметно и все.

- Все? – переспросил мужчина.

- Все, - вздохнула Мишель. – Влюблюсь.

- Это очень плохо?

- Это просто катастрофа.

Он проследил, как Мишель допила очередную порцию глинтвейна, забрал стакан, поправил на ней шапку с шарфом и сказал:

- Да, катастрофа.

Сказал серьезно, без тени улыбки на лице, и Мишель из какого-то дурацкого чувства противоречия чуть не выпалила: а чего это?! Но сдержалась

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.