Михаил Шолохов в воспоминаниях, дневниках, письмах и статьях современников. Книга 2. 1941–1984 гг. стр. 1296
и интеллигенции эпопея «Тихий Дон» с 1930 года потеснила даже такие знаменитые произведения, как «Жан Кристоф» Р. Роллана, «Сага о Форсайтах» Д. Голсуорси, «Семья Тибо» Роже Мартена дю Тара.
Выступления буржуазной прессы были противоречивы. Одни критики, предвзято умалчивая о художественных достоинствах романа, именовали «Тихий Дон» большевистским, агитационным и социально опасным. Другие – а таких было большинство – называли роман классическим. Коммунистическая и прогрессивная пресса Запада и Востока с 1930 года пропагандировала «Тихий Дон» как новинку пролетарской литературы, как великий эпос пролетарской революции.
Редакция коммунистического журнала «Линкскурве» (Берлин, 1929, № 3) дала блестящую оценку шолоховской эпопее в соотнесении с лучшими произведениями советской литературы и русской классикой, и эта оценка прозвучала своеобразным ответом всем тем критикам-рапповцам, которые на родине писателя, в Советском Союзе, именовали Михаила Шолохова «попутчиком» и «не пролетарским писателем» (жури. «На литературном посту», М., ред. Л. Авербах), «реакционным романтиком» («На подъеме», Ростов-на-Дону).
«…И то, что в известных уже произведениях молодых русских прозаиков («Разгром» Фадеева, «Бруски» Панферова, новеллы и повести Иванова и Бабеля) часто еще только намечалось, было еще зародышем, – писал Фр. Вайскопф, – новый угол зрения, обращение к проблеме с совершенно неожиданной, новой стороны, сила художественного отображения, – все это в романе Шолохова получило уже свое полное развитие. Величием своего замысла, многогранностью жизни, проникновенностью воплощения «Тихий Дон» напоминает «Войну и мир» Льва Толстого».
1929–1935 годы приносят молодому Шолохову всемирную известность и славу нового Толстого!
IIВ чем же тайна столь блистательного успеха «Тихого Дона»? В чем величие Михаила Шолохова-писателя?
Каждый человек, читая и перечитывая «Тихий Дон», испытал и испытывает огромное эстетическое наслаждение и очарование от волнующей сопричастности к главным героям романа – к Григорию и Аксинье, к Наталье и Ильиничне, ко всем событиям, отраженным в романе, и это художественное воздействие Шолохова, как писателя, неотразимо для уже нескольких поколений читателей «Тихого Дона» во всех странах мира.
Так в чем же секрет, в чем же тайна Шолохова и его «Тихого Дона»?
Прежде всего – в гениальности, партийности и народности таланта Шолохова. Этот огромный художественный талант открыл нам
А. Серафимович еще в предисловии к «Донским рассказам», высоко оценив национальную самобытность Михаила Шолохова.
Однако в романе «Тихий Дон» М. Шолохов продемонстрировал перед читателями поразительный бросок вперед в творческом росте и возмужании. Этот расцвет таланта, развернувшийся в «Тихом Доне», действительно удивил мир!
В «Тихом Доне» Михаил Шолохов предстал перед читателями как могучий писатель-новатор в стиле, в проблематике, в изображении народа и революции, в развитии лучших традиций русской классики на новом этапе ее развития.
В 23 года Михаил Шолохов создал свой самобытный и неповторимый стиль, свой поэтический язык, столь богатый метафористичностью, явил миру свою особенную интонацию и музыкальность строя своего слога, открыв в «Тихом Доне» так изумившее миллионы читателей свое, шолоховское ви́дение Человека, общества и мира Природы в их естественном бытии, движении и перспективе.
Именно эта национальная самобытность стиля, чрезвычайная оригинальность таланта так изумила всех читателей и сразу же поставила Михаила Шолохова рядом с гигантами русской классики – Пушкиным и Гоголем, Достоевским и Толстым и еще живым Максимом Горьким.
Но величие Михаила Шолохова состоит еще и в том, что он в «Тихом Доне» проявил себя как человек ленинской принципиальности,