Множественные ушибы стр. 147
или дружки Жюля захотят вернуть наркотик. Но это была не вся правда. Как люди переходят перевал, чтобы посмотреть, что находится на другой стороне, так и я явился на обрыв разобраться в причинах, заставивших меня сохранить пакет.
Я же не сумел его выбросить.
Понятия не имел, сколько стоит подобное количество наркотика, но явно больше денег, которые у меня когда-либо имелись. Их хватит, чтобы начать новую жизнь. Жюль мертв, Ленни в тюрьме, пакет никто не востребует. Я пробыл в Лондоне достаточно долго, чтобы меня нашли, если у кого-то возникли такие намерения. Я взвесил пакет на ладони, ощущая, какие возможности таятся в сморщившемся пластике. Затем отвел руку и что было сил зашвырнул в озеро.
Он описал дугу на фоне серого неба и с тихим всплеском ушел под воду.
А я, засунув руки в карманы, смотрел, как расходятся по поверхности и постепенно исчезают круги. Хлое второго шанса не дали. Греттен тоже. Я не хотел попусту растратить свой. Проделав обратный путь по лесу и заглянув в амбар за рюкзаком, я направился обратно к дому. Я совершил то, зачем приехал на ферму, но хотел до отъезда сделать кое-что еще.
Огород был неузнаваем: козы и куры исчезли, а овощи на некогда ровных грядках то ли вывелись, то ли одичали. Маленькая клумба заросла и стояла неухоженной, но даже в это время года сохранила несколько цветных мазков. Я вспомнил грусть на лице Матильды, когда она склонялась над этим клочком земли. Словно заботилась о святыне.
Или могиле.
Матильда не сообщила, что сделал отец с тельцем ее мертворожденной дочери. Но я догадывался, что она хотела верить. Полицейские не знали о других преступлениях, кроме убийства Луи и смерти Греттен, и маленькая клумба осталась не потревоженной. Я не мог убедить себя, что Арно спрятал улику еще одного своего злодеяния там, где ее так просто найти. Ведь имелось другое средство, которым он воспользовался в случае с Луи. И даже то, что новорожденная была от его плоти и крови, мало что меняло.
Тем более что родилась дочь, а не сын.
Но все это лишь домыслы. У меня же осталось несколько вопросов без ответов. Я так и не могу решить, чт о слышал в последние минуты в домике из шлакоблоков — неужели звук ножа, который Матильда взяла с каменной плиты? Мне не хотелось в это верить. Но я помнил, что она делала для своей семьи все, что в ее силах. Коль скоро я обнаружил в озере грузовик Луи, Матильда ничего не теряла, рассказав мне остальное, — надеялась, что даже после услышанного я увезу Греттен с собой. Но позволила бы она мне уйти целым и невредимым после того, как я отказался?
В оптимистическом расположении духа я отвечал себе — позволила. Ведь однажды уже спасла мне жизнь: освободила из капкана и вылечила. Но тогда Матильда видела во мне открывающиеся возможности, а не угрозу. Когда же на меня накатывала мрачность, я спрашивал себя: что было бы, если бы я не пошел на поправку и мне бы становилось все хуже? Рискнула бы вызвать врачей? Или я бы кончил, как Луи, превратившись в угощение для свиней?
Ответа я дать не мог. Наверное,