Библиотека

Мобильник для героя стр. 117

Размер шрифта
-
+
Тема

представиться не соизволил. Лишь протянул руку… для поцелуя?

Самое удивительно, что никто, кроме меня, не удивился такому откровенному хамству, правда, и лобызать венценосную длань тоже никто не бросился. Никто, кроме Майи Ахметовны! Мегера прильнула к руке, не забыв опуститься на колено. Дичь какая-то. Двадцать первый век на дворе.

Но возмутиться, даже мысленно, я не успел.

— Прозит, будь жива.

Всего одна фраза, и даже не особо понятно, о чем речь, но важно другое. Вице-губернатор произносит ее на высоком диалекте! И Майя, что удивительно, прекрасно понимает. Хорошие здесь отношения, добрые и человечные. Вот, например, только что начальник разрешил Майе жить дальше.

Впрочем,

я нечто подобное предполагал. Сразу с того момента, когда Михаил, прежде чем вылезти из автомобиля, заставил меня выпить две капсулы, причем и сам последовал моему примеру.

Теперь и я почувствовал, как от господина, сидящего за столом, украшенным чернильницей-бегемотом, исходит ощущение тяжелого, гнетущего давления. То же ощутил, когда встретился с инопланетной тварью в облике бывшего депутата Юсупова. Или иномирной, если быть точным.

— Борис Сергеевич наказание просит вам. Не справляетесь. Заказчики недовольны. Почему так?

Михаил держится молодцом, отвечает четко и по существу, хотя мне видно, как тяжело ему это дается. У самого спина мокрая, полное ощущение, что сидишь на карнизе десятого этажа, свесив ножки, во время урагана и пытаешься открыть зонтик для полного счастья.

Как Михаил отбрехался, я так и не понял. Как говорится, мастерства не пропьешь. Опыт сказывается. Я же потерял нить разговора минуте на десятой и больше ее не находил. Мало того что половина терминов и названий мне незнакомы, так и суггестивное воздействие кошмарное. Что удивительно, мобильник притворялся окончательно мертвым и не подавал ни малейших признаков жизни — конспирировался, умник. Поэтому детектор молчал, как лосось подо льдом в январе месяце на Ангаре, но по ощущениям — как в реакторном зале Фукусимы находишься.

Однако все плохое когда-нибудь заканчивается. После чего наступает очень плохое. Дошла очередь и до меня. Вице-губернатор решил поинтересоваться, почему меня, любимого, не сожрала та самая кровожадная сущность. По всем раскладам я сейчас должен с овощами разговаривать, причем на их языке, в светлой уютной палате с мягкими стенами и решетками на окнах. А вместо этого весь из себя такой живой и относительно здоровый, способный к простейшим арифметическим и иным действиям, несвойственным корнеплодам.

Иллюзия, что удастся отделаться малой кровью, испарилась сразу, как только Анатолий Борисович посмотрел мне в глаза. Да он такой же Анатолий Борисович, как я — казахский поэт!

Могу поспорить на доллар против рупии, что и человеком его можно считать лишь номинально. Точно такой же засланец из чужого мира, только более цивилизованный, если такой эпитет к ним вообще применим. «Пять глаз» на этого господина среагируют правильно, в штатном режиме — более чем уверен. Боюсь даже представить — на кого тогда срабатывают остальные четыре «глаза»?

Интуиция подсказывала, что на мобильник в данной ситуации рассчитывать не стоит. И у меня есть все шансы не выйти из этого кабинета вообще.

Придется скормить часть информации, только не про «текел, упарсин» — это явно не то, чего от меня ждут. Исчислен и списан — может ведь буквально понять. И завершить не доделанное предыдущим

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.