Мое ускорение стр. 15
кроме нас, три компашки, но там ребята постарше, и одеты они лучше нас с Казахом, во все импортное, и явно симпатичнее меня, ещё и посматривают на спортивных литовок с интересом. Ясно, что мы их с другом загасим за минуту, но зачем мне скандал? Я без пяти минут представитель горкома ВЛКСМ! Надо сдерживать свои желания. Да и чего я добьюсь? Ну, раз уж пришли, иду к стойке и делаю заказ — курицы-гриль четыре штуки, гарнир, салаты, два чайника чая. Мороженое попросил позже принести. Обратно иду медленно и посматриваю злобно на любопытных посетителей. Несильно помогает, что за значки у меня на пиджаке — увидеть можно, если смотреть. А они смотрят на девушек. Вот уже и Бейбут оглядывается удивленно, а это плохо, у моего друга нет моей комсомольской выдержки! На всякий случай сажусь рядом с ним с краю, чтобы без меня не смог встать, и говорю дамам:
— Так у вас теперь путевка на Игры доброй воли в кармане!
— Это почему? — взгляды всех троих прикованы уже ко мне.
— Можно шантажировать вашу тренершу, что её мужу расскажете, хорошо бы ещё фото сделать, — поясняю я.
— Класс! — хором говорят девушки.
— Некрасиво это, — одновременно с ними противоречит мне Бейбут.
— А кто будет снимать? Она нам сразу шеи открутит, — задумалась вслух Дайва.
— Вот парней каких-нибудь попросим, — предлагает Эгле и идёт к соседнему столику… нет, не к соседнему, через один, те парни ей больше понравились.
Короче, мой нелепый план получает развитие. Три парня из четверых, идут наверх и садятся за столик за спиной парочки сластолюбцев. Потом один встаёт и идёт на выход, и оттуда делает снимок якобы своих друзей. Тот, кто фотал, говорил потом, что мужик усатый прикрыться хотел букетом — не успел, потом порывался встать, но понял, что предъявить нечего. Ну, снял человек своих друзей, и что? Выпила троица чай и вернулась вниз с победой! На всё про всё двадцать минут ушло. Я стоял на входе, чтобы с фотоаппаратом не удрали. Какие-то рожи у них…, гниль чую. Кстати, грузин этот с морально нестойкой тренершей сразу же ушли после снимка, решили поискать место поукромнее. Тоже спускаюсь вниз.
Девахи, пока суд да дело, схомячили все, что я заказал, и, не дожидаясь мороженого, рванули к своим помощникам. Визг, благодарности, поцелуи! Всё! Мы с Казахом без девушек!
— Вот «Динамо»! — ругнулся мой друг. — Зачем ты затеял эту операцию со снимками?
— Ступил, да шут с ними! Мороженого нам больше достанется, — огорченно говорю я, приступая сначала всё-таки к курице.
Девушки ушли от нашего столика с концами, сумки свои забрали.
Я все же сделал попытку позвать их обратно за стол. Эгле отмахнулась от меня, не глядя.
— Мы с мальчиками посидим, они нам так помогли!
Рассчитался за всех, у Бейбута денег нет, вернее, рубль с мелочью, которые он к своей чести попытался всучить мне. Идем наверх, покупаем газеты в киоске «Союзпечать» — «Советский спорт», «Комсомолку», «За рубежом». Взял ещё по случаю журнал «Вокруг света», который тут же у меня был отобран Бейбутом.
— Что, будешь думать, куда от женитьбы сбежать? — несколько зло пошутил я.
— Она сама от меня убежит, — обиделся незадачливый жених.
— Толя! — услышали мы крик Дайвы, которая выбежала