Мой бывший муж стр. 40
серьезной стала. – А Вадима своего забудь. Не мучайся, если прощать не собираешься. Тебе остыть к нему нужно, перестрадать. Тогда легче станет. Это я тебе как бывалый солдат фронта разведенных женщин говорю.
Я задумалась. Но не о качках-любовниках, а о деньгах. Вадим, естественно, будет содержать дочь. Я даже на алименты подавать не буду – не обидит Нику точно. А вот мне нужно как-то жить. Не могу представить, как буду клянчить деньги у него на все, к чему привыкла. За Вадимом я была как за каменной стеной, во всем на него полагалась, а сейчас есть только я и Ника. Пора самой принимать все решения и рассчитывать в первую очередь на себя. Жизнь – штука сложная, разная и непредсказуемая: народная мудрость гласит, что мужчина любит ребенка ровно настолько, насколько любит его мать. Я не утверждаю, что Вадим, если появятся другие дети, о Нике позабудет, но исключать ничего нельзя. Несколько недель назад я была уверена, что любимая и единственная у него, а вышло, что не единственная и, вероятно, не такая уж любимая.
Сказать – начну зарабатывать легче, чем действительно начать. Сначала нужно понять, а что, собственно, я умею? Неплохо готовлю, знаю четыре языка и есть навыки переговоров. Не то чтобы густо, но и не пусто.
Когда-то я мечтала доказать всему миру, что Россия – это не водка, матрешка и ядерное оружие, хранящееся на мировой бензоколонке. Россия – это большая открытая страна, огромный пласт культуры и умные деятельные люди. Но я рано родила, брала академический отпуск и закончила МГИМО женой и матерью. Ника в детстве болела часто и сад был каторгой, а доверяла нашу драгоценность только себе и Вадиму. Мне помогали, конечно: няни, бабушки, особенно баб Маша моя. Прабабушка Ники. Закончить-то закончила, но о внешней политике больше не грезила. Зато я могла заниматься внутренней!
Наша семья подарила миру нового человека, и мы вкладывали в Нику лучшее, что было в нас: наши знания и умения. Мне легко давались языки, и она пошла в меня. Я развивала ее и развивалась сама. Вадим давал нам для этого материальную базу и любил. И, естественно, спорт его заслуга. В пять лет Ника сносно говорила на двух языках, помимо русского, читала и немного писала. Мы, бывало, с Вадимом по несколько месяцев и даже больше жили в Европе. Нике было легко: она погружалась в среду, впитывая, как губка.
Свою волонтерскую деятельность я тоже не забыла: помогала общественным организациям в гражданских инициативах, задействовав связи мужа и свекра в правящих кругах. И деньгами, конечно, деньгами. Вадим был не против – это для него плюсик к образу. Он был прагматиком и бизнесменом, и альтруизмом совсем не страдал. Для него было важным, чтобы Никой занималась именно я, чтобы внутренне ее наполняла и прививала правильную мораль (да, когда-то он высоко меня оценивал) и чтобы сама не скучала и не жила только заботами о ребенке – так и свихнуться можно. Если на все это нужно потратиться и дать кому-то денег в дар – окей. Так и жили.
Вроде и не лентяйничала, а по факту не одно из моих занятий не приносило доход, наоборот, потребляло обильно. Разве только преподавание