Мой фантастиш секс-патруль стр. 2
одному не удавалось правильно произнести мое имя.
– Да, пусть будет Варья, – говорю я уже громче.
Он почему-то усмехается.
– Так, что тут произошло?
– Мой муж Леон угрожал зарезать меня.
– Это тоже он? – спрашивает он, бросая взгляд на кровоподтёк у меня на щеке.
Я киваю.
Полицейский достает какие-то бумаги и начинает оформлять их. Списывает мои данные с удостоверения личности. Задаёт какие-то вопросы. Я отвечаю.
А сама мысленно уже раздела его и так и вижу его кубики на животе и мышцы спины. А руки? Господи, какие же у него сильные, должно быть, руки. И как же тяжело, наверное, под ним. Тогда уж лучше на нем.
Так, Крайнова, все, угомонись, пока тебе не предъявили обвинение в нападении на полицейского.
Внизу живота сводит судорогой и я плотнее сжимаю бёдра. Хочу просто в душ. Снять напряжение хотя бы так.
Это он меня так доводит?
– Господи, ну, и мужик, – невольно вырывается у меня. Ну и похуй, все равно он меня не понимает. И в этом какая-никакая, а прелесть жизни в чужой стране. Я могу говорить то, что думаю. И улыбаться, делая вид, что говорю то, что от меня хотят услышать.
– Простите? – поднимает голову от бумаг Аполлон в форме.
Черт, всё-таки, сказала слишком громко.
– Нет-нет, ничего, – улыбаюсь я в ответ, – это я о своем.
Он пронзительно смотрит на меня и мне кажется или он на самом деле чуть улыбается одним уголком губ? Да нет, мне уже все мерещится.
Полицейский возвращается к бумагам.
– Так, – спустя минуту говорит он и встаёт из-за стола, – у Леона будет запрет на вход в это помещение и запрет приближаться к Вам ближе, чем на двести метров. Подпишите здесь.
Он подаёт мне ручку. Я наклоняюсь, чтобы подписать заявление и моя голова оказывается прямо на уровне его паха. Непроизвольно взгляд скользит по тугой ширинке. Ну, и форма. Это я не о ширинке, конечно же, а о форме одежды. Блять, срочно в душ!
Я нетерпеливо подаю полицейскому подписанное заявление.
Он берет его и неожиданно проводит большим пальцем по моей ссадине на щеке. Свежий кровоподтёк от этого касания отдается почему-то не болью, а приятной негой, которая растекается по всему моему изголодавшемуся телу. Господи, так меня повело от обычного касания пальцем чужого мужика. С этим надо что-то делать. Ещё год долбанного воздержания! Надеюсь, у меня не помутнеет рассудок за это время.
Полицейский тем временем давно уже убрал свой палец с моей щеки, собрал бумаги и направился к выходу.
В коридоре его ждали другой полицейксий и мой муж.
– Куда вы его? – вырвалось у меня.
– За двести метров от Вас, – ответил второй полицейский.
– Леон, ты же знаешь, чем грозит нарушение запрета на приближение к даме и жилищу? – теперь он обратился к моему мужу.
Тот нехотя кивнул и зло зыркнул на меня.
– Пошли, – слегка подтолкнул его к выходу Аполлон и кивнул мне на прощание.
Я осталась в квартире одна. Закрыв глаза, опять вспомнила сильные, обтянутые рукавами руки полицейского. Представляя их у себя между ног, я стремглав бросилась в душ.
Лаская себя струями воды, увеличивая напор, я представляла, что это его пальцы обводят мой клитор по кругу, дразнят меня, обтирают мои складочки и,