Мой капитан стр. 79
ты забыла, какой была Надя. У нее всегда было неприлично много кавалеров.
Потом девушки принялись обсуждать мужчин Калугиной, потом балы, моду, погоду, распрощались и разошлись в разные стороны.
А я так и осталась сидеть, словно пригвоздили меня к этой проклятой лавочке.
Напротив, переливаясь на солнце, стекала знаменитая стеклянная струя. В витражной беседке, обмахиваясь легким веером, смеялись две барышни, наблюдая, как по поверхности зеркального озера скачут солнечные зайчики.
В глубине, окружающего парк, леса, по стволу ели, пронеслась рыжая белка, изучив крошечными глазками всех присутствующих…
Я замечала все это бездумно. Мною овладело беспокойство. Я вдруг все поняла. Вероятно, Татьяна дружила с Калугиной. И та поведала подруге о готовящейся краже. Но зачем? Учитывая вероломство моей сестрицы, могу легко предположить, что именно она убила Надежду, и украла награбленное. Потом, под видом компаньонки, отправилась с нами на Кавказ, желая вывезти и спрятать сокровища.
Мне тут же вспомнились те пять ее жутких сундуков.
Потом похищение. Здесь появляется Казбек. Мог ли он знать о деньгах сестры? Почему ее нашли так подозрительно быстро? Уж не откупилась ли она сокровищами от горца?
С Мартыновым, на переправе, речь шла о половине суммы. Неужели Казбек обещал отдать часть сокровищ за то, что Татьяна вернет меня ему? Невероятно!
Эти выводы казались фантастическими, и вместе с тем, самыми вероятными.
Я тяжело поднялась с лавки. По обе стороны от меня возникли мои провожатые – румяные, белозубые молодые люди в белых мундирах.
Только одного я не могла понять. Зачем Татьяне эти деньги? Ее отец очень богат, семья – уважаема. Ей прочили брак с графом, а она променяла все это на краденое добро. Что-то здесь не то.
Я вошла в здание гостиницы, и прошла по длинному коридору к своей двери. Вошла, и удивленно замерла. Мои охранники любопытно вытягивали шеи, желая разглядеть моего визитера из-за спины. Я несдержанно захлопнула дверь, и взглянула на Кирилла.
Тот сидел в кресле у окна, закинув ногу на ногу.
На моей кровати лежала подозрительно большая коробка.
– Что ты здесь делаешь?
– Принес подарок от графа, – кивнув на коробку, отозвался капитан, без тени улыбки.
– Он приехал? – я шагнула к посылке и откинула крышку.
– Да, вчера.
– Что это? – удивленно ощупывая белоснежные кружева и серебряную парчу, осведомилась я. Хотя уже и догадалась сама.
– Это твое подвенечное платье. Свадьба завтра.
– Почему он не сообщил об этом лично?
– Жениху нельзя видеться с невестой перед свадьбой.
– А любовнику невесты можно? – спросила я, и оглянулась.
Кирилл тяжело поднялся.
– Аня… я…
– Ты не можешь мне всего сказать. Это не твоя тайна. Все верно? Ты это хотел сказать?
Ессенский молча на меня взирал.
– Почему ты не в Сибири?
– Царь вернул меня, на полпути. Когда дом твоего отца взорвали…
– Почему граф не сказал, что был у нас в тот вечер?
Я подошла к зеркалу, и осторожно сняла шляпку и перчатки. Кирилл не мог не заметить моих исцарапанных рук.
– Потому что тогда ему бы пришлось рассказывать, как я его отвязал от стула. А это означает, что ни в какую Сибирь я не поехал и ослушался императора.
Я удивленно оглянулась. Мне очень хотелось верить ему, но пока не увижу графа, не смогу просить Кирилла.
– Так