Мой лучший роман стр. 35
Книга полетела в мангал, следом туда же отправилась еще пара томов. – Зачем нужны все эти правила? – В ее руке оказался огромный спичечный коробок с длинными спичками, от которых мгновенно загорелась «Энциклопедия экстремальных ситуаций». – Что это за законы, которые не действуют? Все это ложь! Обман! «Делай так, и будешь вся в шоколаде», – передразнила она какую-то цитату. – В каком шоколаде, если меня чуть не убили? – Два небольших толстых глянцевых журнала загораться не желали, поэтому Огурцова безжалостно бросила их на землю и стала топтать. – Одно вранье! Всех вокруг любят, а я?..
Она упала на дорожку и залилась горючими слезами.
– Может, ты что-то не так делала? – робко попробовала утешить подругу Катюша.
– Да все я делала так! – Белка скинула руку Ждановой со своего плеча. – Все схемы повторяла.
– При чем тут схемы? – не бросала попыток успокоить Огурцову Катюша. – Главное ведь отношения, а они не по схемам.
– Много ты понимаешь, – истерично икнула Белка. – Отношения… Какие отношения? Любовь, любовь… Через страницу – делай так, и любовь тебе обеспечена! А какая любовь? Нет никакой любви! Один вымысел. Где она по жизни-то? Нету! Ау, любовь!
В мокром после вчерашнего ливня мангале огонь разгораться не хотел. Обгоревшие книжки чадили. Белка устало опустила голову на колени.
– Здравствуйте! Можно Изабеллу?
Катюша толкнула разомлевшую после истерики Белку.
Около калитки стоял Максим. Был он, как всегда, безукоризненно галантен, аккуратно одет. Только бледность выдавала в нем вчерашнюю головную боль. В руках у него был большущий букет полевых цветов.
– Здравствуйте, – еще раз повторил он, проходя по дорожке. Белка лениво отметила, что для дачи у него слишком хорошо начищены ботинки. – Я не вовремя?
– В самый раз, – безразлично ответила Огурцова, поднимаясь. – Вот, у нас костер не горит. А ты, кажется, специалист по спичкам.
– С удовольствием бы вам помог, но боюсь, что у меня нет времени, – в голосе Лаврентьева слышалось искреннее сожаление. – Я пришел извиниться за свое вчерашнее поведение. – Он протянул букет Белке. – Сорвал специально для тебя до полудня. Ты ведь знаешь правило, что полевые цветы нужно рвать в первой половине дня? Иначе тут же завянут. А эти теперь будут стоять долго.
– Какие сложности, – пробурчала Огурцова, решая – брать ей букет или нет. Голова работала неохотно, толковая мысль не приходила.
– Я вас вчера испугал? – Максим вложил цветы Белке в руки.
– Нисколько! – Огурцова прижала к груди подарок. – У нас тут каждый день такие представления. – И она кивнула через плечо на чадящий мангал.
– Ты чего? – испуганно зашептала Катюша, решив, что с подругой сейчас вновь случится истерика.
– Понимаешь, у меня правда очень часто болит голова, – медленно заговорил Лаврентьев. – И когда это происходит, я становлюсь просто сам не свой. Порой даже не всегда понимаю, что делаю. Я тогда стараюсь из дома не выходить, чтобы не пугать никого. Я не хотел тебя обидеть. Ты очень хороший человек. Видимо, я и правда не гожусь на роль твоего обожателя. Прости, что так все вышло. Ты тут ни при чем! Это я во всем виноват. Просто… я такой.
– Это ты меня прости, – вздохнула Белка. Забавно было вот так с утра просить прощения. – Ты мне с первого дня очень понравился, и я хотела понравиться тебе.
– У тебя это получилось,