Мой убийца стр. 7
уступила место пышной зрелости, сделав ее еще прекраснее и желаннее.
В ответ на мой нескромный взгляд она спросила:
— Занимаешься досужими размышлениями?
— Почему ты так решила?
— Слишком самодовольный вид.
— Это не часто бывает. Дай мне немножко понаслаждаться.
На ее лице медленно проявилась улыбка. Видимо, она разгадала мои мысли.
— Дай-ка я немножко подумаю, ладно?
Секунды, последовавшие за этим, показались мне годами. Это было словно поездка в прошлое, которое опять стало прорисовываться.
— О чем ты думаешь?
— О том времени, когда тебя еще называли Большой Свиньей, потому что ты непременно решил стать полицейским. И о том времени, когда ты подрался из-за меня с Полаком Ицци.
— Мы подрались не из-за тебя.
— Из-за меня, — продолжала настаивать Марта. — Это было в тот вечер, когда я шла из книжной лавочки, а Полак хотел напасть на меня у магазина Штрауса.
Я расхохотался, так как сразу все вспомнил. Даже физическую боль, которую он мне причинил.
— Он меня тогда здорово отмолотил, Марти.
— Еще бы, — улыбнулась она. — Зато мне удалось удрать. Я ведь тебя еще не отблагодарила за это. А может, отблагодарила?
— Нет.
— Ну, тогда спасибо тебе, Джо.
— Не стоит благодарности. Мы же не из-за тебя подрались. Просто он наехал своим старым «Паккардом-120» мне на ногу, а ты случайно проходила в это время мимо.
— Перестань кокетничать, Джо. Вы подрались из-за меня.
В дверь постучали, и вошел сержант Мак Бриссон.
— Что-то вы поздновато засиделись, — улыбнулся он нам.
Я пожал плечами.
— Дело пора заканчивать. А где остальные материалы?
— Все в нем, — показал он на пухлый конверт. — Предположения самые разные, но вполне возможно, одно из них и верное. Вы же знаете, как это бывает.
— Да.
— Мне сделать сообщение?
— Да, но короткое. Присаживайтесь. — Я откинулся в кресле и заложил руки за голову. — Ну, начинайте.
Мак откусил кончик сигары и закурил. Пахла сигара отвратительно, но это тоже было неотъемлемой частью полицейского участка, и с этим приходилось мириться.
— Вы, конечно, знали всех убитых: Рене Миллс, Химми Шапиро, Нэнси Таккио и Дуг Китхон.
— Я знал их еще детьми.
— Вы читали заключение баллистической экспертизы в деле Дуга Китхона?
Я покачал головой.
— Снова то же самое оружие. То есть черт действительно вырвался из преисподней. Кроме Китхона, все остальные хорошо знакомы полиции. Но Дуг был чистеньким. Брайан жаждет видеть прогресс в этом деле. Обо всех остальных полиции известно все, вплоть до того, в каких штанишках они ходили в школу. Но если вы сможете установить между этими жертвами какую-нибудь связь, значит, вам повезет больше, чем мне. Вы уже посмотрели их биографии?
— Да.
— И что при этом обнаружили?
— Ничего нового. Всего лишь освежили старое... А что вообще слышно об этом?
— Ну... — Он нагнулся вперед, вытащил из конверта какую-то бумагу, быстро прочитал ее и вновь засунул в конверт. — Ну, их знал дежурный полицейский Мак-Нейл. Рене Миллс и Таккио до последнего месяца жили вместе, а потом он выставил Нэнси за порог. Мак-Нейл знал, что Миллс был сутенером и имел несколько девчонок, которых разместил в квартирке над лавочкой дядюшки Джонса. Он знал, что Нэнси, до того как его прикончили, зарабатывал на жизнь воровством. Но оба вели себя тихо, к ним трудно было придраться. Поэтому их оставили в