Мой враг – королева стр. 225
Он был лишен всего состояния и приговорен к пожизненному заключению, и лишь шестнадцать лет спустя произошло его освобождение благодаря содействию мужа его дочери. Брак тот, впрочем, был крайне несчастлив, и Дороти часто прибегала ко мне от мужа скрываться.
Когда она умерла, мне было около восьмидесяти, но я все еще была жива.
Я так много видела за свою жизнь: я жила и после того, как сэра Уолтера Рейли послали на эшафот. Он не сумел обворожить Джеймса, как обвораживал Елизавету. Я слышала, что будто бы он, кладя голову на плаху, сказал: какая разница теперь, как лежит голова, было бы сердце в порядке. Какие мудрые и смелые слова, подумала я о враге Эссекса.
Я сидела в своем кабинете в Дрейтон Бассет и думала о Рейли: когда-то он был красивым, надменным и самонадеянным. Так вот уходят могущество и слава. И все же я жила.
Умер и король, и на трон вступил его сын – энергичный Чарльз, которого я видела дважды – человек большого достоинства.
Жизнь изменилась. Она никогда уже не будет такой, как была при великой Елизавете. И такой королевы никогда не будет тоже. Как бы она огорчилась, видя, что ее любимая Англия подпала под власть Стюартов. Богом данное право королей! Как часто мы слышим эти слова! Она тоже верила в них, но она знала, что правитель – исполнитель воли народа, и никогда она не огорчала свой народ.
Джеймс… Чарльз… Что они знают о славных днях, когда красивейшие и славнейшие мужчины двора окружали королеву, как светлячки – лампу, и мудрейшие из них сохраняли свои крылья необожженными. Да, они были ее любовниками – все, потому что любили ее, и она любила их. Но они были суть ее фантазии, ибо ее истинной любовью была Англия.
Ее смерть унесла из моей жизни что-то важное, и это странно, потому что она ненавидела меня, а я не могу сказать, чтобы всегда любила ее. Но она была частью моей жизни, как и Лейстер, и вместе с ними умирала и часть меня.
Эта невозмутимая старая леди в Дрейтон Бассет, живущая хлопотами о внуках, воспоминаниях о своей юности, заботящаяся о месте для себя в Раю, неужели это та Леттис, графиня Эссекс, графиня Лейстер, жена Кристофера Блаунта? Бедный Кристофер! Но он не в счет. Я перестала жить опасно – и славно – со времени смерти Лейстера.
Я все это прожила. Эти люди плыли мимо меня по течению жизни, играли предназначенные им роли и уходили, а я все жила.
Теперь, когда я написала всю историю своей жизни, я как бы прожила ее еще раз так ярко, будто это было вчера. Я закрываю глаза и иногда чувствую, что, когда открою их, то увижу Лейстера, склонившегося ко мне, целующего меня, возрождающего во мне то желание, что мы оба находили неодолимым. Я представляю, что одеваю королеву, и чувствую внезапный щипок, потому что я забыла принести ее кружева.
Я вижу нас троих, рядом: Елизавету, Лейстера и себя… себя – на заднем плане, но я так же важна для них, как и они – для меня. И затем, – странно, но – Эссекса, королеву и себя.
Однако они все ушли