Мои звери стр. 22
замечательной артисткой.
Однажды я играл на пианино. На кресле, свернувшись калачиком, дремала Бишка.
Вдруг меня кто-то толкнул. Не переставая играть, я отодвинул ногу. Через минуту снова толчок. Смотрю — Бишка.
— Тебе чего, Бишка?
Бишка молчит. Я продолжаю играть. Бишка снова трогает меня лапой.
«Неужели у собаки музыкальный слух? — подумал я. — Надо проверить».
Я начинаю играть грустный-прегрустный мотив. И что же? Собака вздыхает, смотрит на меня печально, в глазах слёзы.
Я перехожу на весёлый, бодрый марш. Уши Бишки поднимаются, глаза блестят. Я убедился: у Бишки неплохой музыкальный слух.
Бишка отлично исполняла мои приказания. Я, например, приказываю:
— Пойди в ложу, вон к тому военному, и возьми его за третью пуговицу сюртука.
Бишка бросается в ложу и в точности всё исполняет. Я обращаюсь к публике:
— Моя Бишка — прекрасный музыкант! Пускай кто-нибудь скажет, какую ноту взять на рояле.
Из публики кричат:
— Ре!
— Фа!
— Соль!
— Фа!
— Пускай фа… Бишка, возьми ноту фа! — говорю я.
Умная собака подходит к роялю, поднимает лапу и бьёт по клавише.
Публика прислушивается:
— Правильно, фа, фа!..
— Кроме того, — объявляю я, — моя Бишка ещё и хороший математик. Смотрите, вот плакатики с цифрами. Какую цифру вы закажете Бишке?
— Три!
— Пять!
— Шесть!
— Восемь!
— Пускай будет восемь… — говорю я. — Бишка, будьте любезны, принесите нам плакатик с цифрой «восемь». Только не спутайте.
Бишка подбегает к плакатикам, перебирает их лапами, выхватывает цифру «восемь» и в зубах приносит ко мне.
Кроме Бишки, у меня была ещё такса Запятайка. Она тоже была неплохим математиком. И к тому же она отлично знала географию.
Она уж не спутает Каспийское море с Балтийским!
— Будьте любезны, уважаемый профессор Запятайка, — обращаюсь я к таксе, — укажите нам, пожалуйста, где находится Белое море, а то мы не знаем.
«Профессор» бросается к разложенной на арене карте и лапой и мордочкой указывает Белое море.
Публика хохочет:
— Сразу видно, что профессор бывал на Севере!
— Он, наверно, и Северный полюс открывал!
— Запятайка — знаменитый полярный путешественник!
Однажды она, Запятайка, спасла всех бродячих собак города Пензы.
Это было ещё при царе. Мы тогда жили в городе Пензе. Я пошел к губернатору просить разрешения устроить спектакль. Самого губернатора я не застал. В кабинете сидел его помощник.
Едва только я изложил своё дело, как вдруг вошла дама, расстроенная, со слезами на лице. Помощник губернатора (вице-губернатор) при виде дамы поднимается и спрашивает:
— Что вы плачете, мадам?
А та отвечает:
— Ах, ах!.. Я видела на базаре… Это прямо ужасно… Городовые гоняются за бродячими собаками, безжалостно набрасывают на них петли и уводят их куда-то. Бедные собаки визжат… Такое мученье! Почему вы позволяете городовым мучить собак?… Неужели нельзя что-нибудь сделать?
— Хорошо бы это прекратить, — сказал я.
— Не от меня зависит, — ответил помощник. — Это зависит от самого губернатора. Обратитесь к нему. Приходите и вы, — повернулся он ко мне, — как защитник животных: заступитесь за собак. Я скажу, чтобы вас приняли.
Я согласился. Я придумал маленькую хитрость. Запятайка — вот кто спасёт от смерти своих товарищей, пензенских бродячих собак!
Вечером я очутился в роскошной квартире губернатора. Разговор зашёл о собаках.
— Вы знаете, — говорю я, — есть очень интересные случаи, когда собаки исполняют разные внушенные им поручения.
— Жалко, — сказал губернатор, —