Моя чужая роль стр. 112
знаю и знать не хочу! — по-детски надула губы рыжая. — Я твоя подруга и я имею право требовать! Это от Эванса?
— Понятия не имею, — прохладно ответила Стеф. — Загрузилась твоя ссылка, смотрим?
— Да. — Стеф уставилась в экран и поморщилась — заиграла песня, которую она надеялась ещё долго не услышать. Причём аудиодорожка была снята с видео их со Стивеном «репетиции» в его трейлере, она узнала её по короткой запинке во вступлении — на студийке такого быть не могло. На экране пошла довольно грамотно оформленная нарезка из сериала и клипа, в котором она снималась, Стефани улыбнулась — кадры неизвестный автор выбрал удачные. После первых шести строчек её голос внезапно сменился голосом Эванса, а куски видео пошли из «Серебряных струн», она нахмурила брови и глянула на Мари:
— Что это?
— Клёво, скажи? — рыжая сияла, — нарезка офигенная, а звучите вы вдвоём просто супер!
Стеф качнула головой и опять повернулась к экрану. Неизвестный оригинал склепал звук так, что Стеф стала петь партию Эшли, а Стивен — партию Стефани. Видео было надёргано откуда зря, но всё вместе навевало атмосферу мелодрамы и трагедии. Песня закончилась, Мари забрала у неё ноут и пролистала список воспроизведения, включила ещё одно видео:
— Смотри!
— А это что? — Стеф не разделяла её восторга, но рыжую это не останавливало:
— Песня та же, но видео нарезано из одного нового фильма, тоже хорошо сделано…
— Хватит, — перебила её Стефани, останавливая клип. — Я не хочу это слушать, меня задрала эта песня. Давай уже вставать, скоро завтрак.
— Расслабься, — отмахнулась подружка, — сегодня не будет съёмок. Сэм ваш уехал, Мелани нас собрала утром и сказала, чтобы не разъезжались и были готовы работать, а потом тоже куда-то смылась с мужем. Остался только Тони, но он ещё спит, там тоже никто, скорее всего, работать не будет. В холле школы готовят зал для экстренной пресс-конференции, тётя Тили с ног сбивается, обеспечивая им фуршет, так что кормить нас тоже некому. — Мари сверкнула улыбкой в ответ на поражённый взгляд Стефани и гордо сложила руки на груди: — Но не отчаивайся, потому что у тебя есть я! А у меня есть печеньки. Будешь?
— Давай, — Стеф вздохнула и закрыла ноут, поднялась, стала одеваться. Мари тоже натянула джинсы, протянула ей две пачки печенья:
— На, одна тебе, вторая Эвансу.
— Он не ест сладкое, — Стеф взяла одну, — спасибо.
— Как можно не есть сладкое? — округлила глаза рыжая, Стеф пожала плечами.
— Не знаешь, Крис уже приехал?
— Нет, он позвонил и сказал, что задержится — не хочет прорываться через эту толпу журналюг без макияжа и укладки, — Мари закатила глаза, потом вскочила, надула грудь и расставила руки так, как будто ей мешают прижать локти к телу раздутые мышцы, скривила высокомерную физиономию и вразвалочку пошла по комнате, пафосным низким голосом мурлыча: — Малыш, я великий Кристофер Льюис, и мои бицепсы настолько суровы, что рвут рукава рубашек, даже если эти рубашки висят на вешалке. Хочешь пощупать, а? — она согнула руку, играя мышцей, толкнула Стеф плечом: — А? Как тебе, а? Я офигенен, не правда ли, малыш?
— Не смешно, — поморщилась Стефани, заправляя кровать, Мари сдулась и показала язык:
— Было бы смешно, если бы ты с ним не встречалась. Пойду
я, соберу